Ей казалось, что она нашла гениальное решение проблемы, во всяком случае на ближайшее время, а дальше… В глубине души сержант Фэррон надеялась, что этого «дальше» не будет, и она вернется в Кокон. А сейчас Лайтнинг не подставляла Фанг и не раскрывала свою шпионскую суть, при этом ей не надо было врать и изображать кого-то другого. Ведь Лайтнинг, и в правду, чтоб не делала, оставалась солдатом. В голове всплыла фраза Винсента: «Чтобы научиться врать, нужно самому поверить в то, что говоришь или хотя бы научиться недоговаривать всей правды».
- А мне ты не боишься это сообщать? - с издевкой спросил Игнис.
- Какая разница, я же уже подстрелила твоих друзей! - несмотря на пробившиеся на лбу бисеринки пота, Лайтнинг недобро улыбнулась.
Не обращая внимания на провокацию, парень в очках отметил, что с такой улыбкой и холоднокровной реакцией трудно говорить о моральности этой девицы. Зато он признал, что в боях она не новичок.
- А если я сообщу это в Южный Клык? - сузив глаза, спросил Игнис.
Ноктис понял, что его друг пытается нащупать болезненное место Лайтнинг, чтобы можно было побольнее надавить на девушку.
- Кто после произошедшего будет слушать тебя? - сообщила связанная девушка, затем добавила. - Да и меня все равно оттуда выгонят. Меня просили присмотреть за Ваниль, но я не смогла, - Лайтнинг поняла, что начала говорить слишком много.
«Проклятый озноб», - ей хотелось обвинять в ошибке всё и вся.
- Так Фанг все-таки послала тебя сюда! - Игнис уже обрадовался, что поймал девушку на вранье.
- Нет! Зачем ей посылать в одиночку девушку, которая демонстративно не берет в руки оружия? - сразу отсекла Лайтнинг, - Она просила меня присматривать за Ваниль в лагере, чтоб оградить от опасностей.
Перед глазами Ноктиса и Игниса одновременно встала картина первой встречи с розововолосой. Как незнакомая девушка шла следом за Ваниль. Старше и серьезней, другого темперамента - Лайтнинг, действительно, больше походила на няньку.
- Не оградила, значит. И что ты будешь делать теперь? - спросил Игнис, и рука его коснулась подбородка пленницы, поворачивая измученное лицо так, чтобы лучше рассмотреть её глаза.
Лайтнинг не знала, что ответить на его вопрос. Она молчала. Девушке было неприятно. Этот человек снова лезет к ней, показывает - она в его власти. Фэррон надеялась, что уже пресекла эти бандитские манеры.
«Похоже и сама не знаешь», - прочел по глазам Игнис. И отнес её к тем людям, что вначале делают, потом думают.
Ноктис представил, что мог бы чувствовать на месте девушки сейчас: «Наверное, безысходность». Он ждал, что в свете последних событий её душевные терзания порадуют его.
- Ты подслушала наш с Фанг разговор? Как? Что ты слышала? – продолжил допрос очкарик.
Лайтнинг секунду всматривалась в его глаза. Она ощутила, что это та информация, рассказывая о которой, ей нужно быть предельно осторожной.
- Окна кабинета выходили на задний двор, туда, куда я ставила байк, там я услышала ваш разговор, - спокойно сказала Лайтнинг. Она старалась максимально опустить детали, но не выдать голосом того, что продумывает каждую фразу.
Игнис молча думал, пленница напряглась. Девушка пыталась вспомнить то, что могло сейчас его интересовать. «Информация о том, что за этим стоит кто-то из Каэлумов… принц», - Лайтнинг стало не по себе, очевидно, что они это скрывают. «Но Игнис сам намекнул Фанг… может быть он рассчитывал, что его никто не услышит и не сможет подтвердить его слова. От меня, как от свидетеля, нужно избавиться… в любом случае им нельзя возвращать меня в лагерь,» - думала Лайтнинг. «Может быть, оно к лучшему,» - девушка ощупала тяжелый браслет часов на руке. Нужно быть рядом с Ваниль, пока не прибудет подкрепление. И не стоит давать лишнего повода избавиться от себя, она и так в шатком положении. Фэррон твердо решила не упоминать о известной ей тайне.
- Она знает, кто я, - вдруг сообщил тихий голос из тёмного угла.
Лайтнинг не нужно было оборачиваться, что бы понять - это Он. Теперь стало ясно, почему очкарик постоянно бросал в ту сторону взгляды.
Весь разговор Ноктис не показывал своего присутствия. Лайтнинг почувствовала себя обманутой. В ней кипела злость – этот человек остановил её и не дал пройти дальше, к Ваниль. Как она не смогла почувствовать его присутствия, от него же за километр несет её собственной кровью.
Если бы пленница заметила его, она вела бы себя по-другому, отвечала по-другому. Девушка чувствовала тонкую нотку издевательства в голосе и без того неприятного ей человека. Наверное, ему доставило наслаждение подставить её сейчас.
«Ты даже готов убить своего отца!» - глупо надеяться, что ублюдок просто так забудет обвинения Лайтнинг. И зачем она только сказала это, хотя … Она не чувствовала раскаяния за сказанные слова. Клэр знала, что с большим удовольствием сообщит это принцу ещё раз.
