— Не будет тебе света. Отправляйся во тьму!
В рот безжизненно сидящего у стены мужчины залили очередную порцию бурого зелья. Орр-Вооз осел, мысленно вопя от радости. Тьма, в которую соскользнул его разум, совсем не пугала его.
Девушка стояла, прижавшись к стене, испуганно глядя на него. Она была полностью одета. Орр-Вооз опустился на пол у ее ног, утыкаясь лицом в ее колени.
— Любимая, нежная, счастье моё, — бормотал Орр-Вооз, водя носом по шее своей невесты и впитывая ее запах. — Ты сводишь меня с ума. Ни одну женщину я не хотел так сильно!
— Насколько сильно? — шептала Соль, наклоняя голову и позволяя ему осторожно поцеловать себя за ушком.
Она сидела между его скрещенных ног, прислоняясь к груди. Полностью одетая. Ей казалось, что это совершенно безопасно. Было так приятно слушать его признания, хотя в жизни он совсем ее не баловал ласковыми словами, чаще смеялся над ней.
— До дрожи в руках, — признавался Орр-Вооз, сжимая ее плечи. — До ломоты в яйцах.
— Что? — она ахнула и принялась вырываться, но он легко удерживал её сильными чёрными руками.
— Соль, я не эльф. Я не умею виртуозно врать о естественных вещах, да и не хочу. Сон же. В реальности я бы тебе такое не сказал, конечно. Но сейчас позволь мне быть настоящим. Если у меня у меня член стоит, когда ты рядом, то что я ещё могу сказать?
Он уткнулся ей в волосы и глухо продолжил:
— Я тебя очень хочу. И очень боюсь. Ты моё сокровище, Соль. Мой свет. Моя тьма. И если ты никогда не подпустишь меня к своему телу, я смирюсь. Только позволь мне хотя бы дышать рядом с тобой.
Соломею бросало в жар от его слов. От того, как его пальцы поглаживали ее плечи, она млела. Прекрасно понимала, что он уже касается груди, обводя сквозь ткань напрягшийся сосок, но молчала. Она ведь контролирует процесс? Ничего против её воли он не сделает. Почему бы не позволить Орру немного вольностей?
— Ты разрешаешь мне? — тихо спросил Орр-Вооз, стискивая большой ладонью ее грудь и осторожно касаясь острыми клыками ее шеи. — Скажи, что разрешаешь!
— Разрешаю что? — прерывисто выдохнула Соль, не понимая, почему от его ласк ее тело прогибается в пояснице, а между ног расцветает огненный цветок. — Ах, Орр! Осторожнее! Ммм…
Его рука ловко скользнула в ворот платья (тот затрещал, но кого волнуют такие мелочи?) и нашла съежившийся сосок, сжимая его пальцами. Соль тихо застонала, прикрывая глаза. Вторая рука орка коснулась ее колена и непонятным образом проникла под подол платья, поднимаясь все выше.
"Мы ведь не в постели, — мелькнуло в голове у девушки. — И Орр одет. Ничего непоправимого он точно не сделает". Спиной она отлично ощущала упирающуюся в ее тело твёрдую горячую плоть, но ведь он не делал никаких попыток поменять положение их тел, а значит, бояться нечего. И даже его пальцы, осторожно поглаживающие нежную кожу на внутренней стороне бедра, ее не так уж и пугали. Наоборот, ужасно хотелось, чтобы они сместились вправо и дотронулись там, где все пульсировало и пылало. Но он ничего не делал, только поглаживал бедро и тяжело дышал ей в шею.
Воздух вокруг них, казалось, сгустился и стал горячим. Орр убрал руку с ее груди и провел большим пальцем по ее нежным губам, и Соломея, не раздумывая, приоткрыла рот и коснулась его языком. Он чуть надавил, проникая внутрь и дотрагиваясь до зубов, и она, угадывая его желания, инстинктивно сомкнула губы и легонько всосала палец. Орр-Вооз громко застонал, содрогаясь и непроизвольно потираясь тем самым горячим и твёрдым об ее поясницу.
Власть над могучим и наглым орком пьянила. Соломея помнила, что он всегда выставлял ее маленькой дурочкой, а теперь кто тут дурак? Кто уязвим и слаб? Она придвинулась ближе, прижимаясь к нему, чувствуя, как бешено колотится его сердце, запрокинула голову и погладила руками его шею, ощущая пальцами капли пота.
— Поцелуй меня, — тихо попросила она.
— Нет, — жёстко ответил Орр. — Я и так еле держу себя в руках. Если поцелую, сойду с ума.
— Тогда погладь меня, — капризно скривила губы Соль, чувствуя, как он отстраняется. — Дотронься до меня.
— С огнём играешь, девочка, — хрипло ответил он, осторожно прикусывая клыками ее ушко. — Не боишься?
— Я никогда тебя не боялась.
— Ты будешь моей женой?
— Если ты не сдохнешь — буду, — она уже понимала, что не сможет от него отказаться.
— Тогда я не сдохну, — хищно ухмыльнулся орк. — Так разрешаешь?
— Да…
Он выдохнул и, уверенно подняв подол ее платья, раздвинул девичьи колени. Соль молча позволила ему стянуть с ее бёдер белье. Ей очень хотелось испытать те же головокружительные ощущения, что и в прошлый раз. Тело хотело его рук.
Орр-Вооз не мог поверить, что все это происходит с ним, но потом вспомнил, что это только сон, причём — его сон. Конечно, она бы никогда не позволила ничего подобного в настоящей жизни. И уж точно не была бы такой покорной, горячей и мокрой.
