Эта неожиданная детская истерика мгновенно заставила более-менее подружившихся взрослых вновь чувствовать себя неудобно. Алиса присела на корточки и, покраснев до ушей, утешала дочку. Ей было стыдно встречать Стаса вот так. А он понимал, что от него Ксюша ждала другого, но не знал, чего, поскольку давно общался с детьми. Краснел он и от того, что видел, как Алиса разрывается между приличиями в его адрес и любовью к своей малышке, даже хотел бы оставить их одних, пока девочка успокоится, но все вокруг было чужим и незнакомым – Стас понятия не имел, куда идти. Пришлось импровизировать, затеяв разговор с Ксюшей, которая всхлипывала и приговаривала, мол, теперь дядя ее не любит:
–А мама сказала, мы с тобой были друзьями…
Она кивнула куда-то в Алису.
–Что же ты от меня отвернулась?
–Потому что ты меня забыл.
–Разве это помеха для друзей? Идем, покажешь мне дом и сад.
Ксюша обернулась и протянула ему руку:
–И ты будешь дружить с незнакомой девочкой?
–Куда же он от тебя денется?! – не выдержала Алиса.
И они пошли гулять по саду. Ксюша была первым, кто, сам заговорил про Олесю – про ее любимые розы, про беседки, которые она сама декорировала, купив несколько огромных банок краски, про какую-то вьющуюся травку с таким сложным названием, что его могут запомнить лишь ученые.
–Неужели ты все это помнишь? – удивлялся Стас. – Тебе ведь года два было, когда мы сюда переехали…
–Меньше даже, – ответила девочка, – это ты мне сам рассказывал.
Алиса неоднократно пыталась поменять тему, например, вспомнила, что у Стаса скоро день рождения, который можно отметить в саду, что надо подумать, как это лучше сделать, кого пригласить, но Ксюша постоянно подбегала к взрослым, тянула Стаса за руку и со словами «а здесь тетя Олеся делала то и то» тащила его в новый сокровенный уголок. Алиса отчаялась пытаться перевести разговор и, подумав, что с Ксюшей нужно будет серьезно пообщаться наедине, предложила пройти в дом.
Первым, что показали Стасу в гостиной, было место исчезновения его памяти, которое выглядело вполне уютно. На опростоволосившейся полке не осталось ничего кроме книг – их, как известно, куда сложнее заставить упасть, чем неустойчивые мелочи. Алиса указала на лежавшие на журнальном столике бумаги:
–Смотри, вот документы, связанные с домом и землей, – деловито проговорила она. – Разумеется, ты собственник всего этого. Счета ты и мы оплачивали по очереди – так и жили. Но теперь может оказаться, что ты не захочешь делить дом с незнакомыми людьми… скажи – мы переедем…
Стас посмотрел на нее, затем ради приличия обратился к бумагам и нечаянно коснулся взглядом декольте Алисы: ее платье предательски оголило прятавшиеся под ним полупрозрачные кружева, и переведя-таки глаза на документы, мужчина думал о чем угодно, но не о том, кто будет оплачивать счета в ближайшие месяцы. За несколько секунд, что он машинально листал бумаги, внутри пронесся целый вихрь: за буквами всплыл запомнившийся из больничного сна поцелуй и несколько фотографий со светских вечеринок с Олесей, но эти статичные картинки почему-то ассоциировались не с покойной супругой, а с живой Алисой – ее лицом, фигурой и другими случайно увиденными прелестями. Придуманный некогда самим Стасом принцип не заглядываться на замужних женщин показался бредом, а возможность потерять живущий с тобой под одной крышей образец совершенства – недопустимым безумством.
–Ты до смешного расчетлива, – проговорил мужчина, поднимая глаза от бумаг по тому же приятному взору маршруту.
–Не люблю неопределенности…
–Думаю, раз я с вами жил, значит, мне это нравилось… давай, пока не будем ничего менять.
–Ура!!! – Ксюша бросилась обнимать дядю. Стас уже понимал, что на эти ласки нужно отвечать взаимностью, поднял девочку на руки и попросил показать ему дом.
–Начнем со столовой, – проговорила она. Двери распахнулись – там за праздничным столом уже собрались все близкие люди Стаса, с некоторыми из которых пришлось знакомиться заново.
Первой протянула руку плюшевая девушка в вишневом – именно такой показалась мужчине Алена в вечернем бархатном платье. Не обращая особого внимания на подчеркнутые нарядом плавные и весьма аппетитные формы девушки, Стас больше увлекся наблюдением за ее братом, напрасно пытаясь найти в общении Дениса с Алисой хоть какое-то подтверждение того, что супружество для них – ненужная обуза и оправдать свое желание разбить этот союз.
