На рыночной площади Соуджена её присутствие редко терпели. Бездомная девчонка, она была чуждой в этом торговом мире. Они отгоняли её, не желая рисковать — ведь, считалось, что бездомные всегда что-то стащат. Тэлли никогда не воровала, но кто бы стал вникать в это? Безопаснее было прогнать её, не дав и шанса взглянуть на витрины. Но теперь, рядом с Туром и в новой, роскошной одежде, она была иной. Её воспринимали как достойную покупательницу, и торговцы настойчиво предлагали примерить или приобрести что-нибудь из их товаров. Конечно, денег у неё по-прежнему не было, но возможность просто наслаждаться красотой вещей наполняла её сердце неописуемой радостью.
Тэлли глубоко вдохнула, захваченная бурей новых впечатлений, и весело рассмеялась. Воздух был пропитан смесью завораживающих ароматов: сладкий запах ванили из кондитерской, тёплая свежесть хлеба из пекарни, пикантные специи, едва уловимый запах кожи и лёгкий привкус гари от коптилен. Она подбежала к витрине кондитерской и замерла, очарованная сладостями, выложенными на показ — фигурки животных из жжёного сахара, словно крошечные произведения искусства. Но даже эти самые простые угощения были для неё недосягаемы. Вздохнув, она с сожалением оторвалась от витрины и побежала дальше, лишь спустя несколько мгновений осознав, что Туррен уже давно не держит её за руку, но всё равно неотступно следует за ней, готовый поддержать в любой момент.
Туррен был сражён, Тэлли окончательно покорила его сердце своей неподдельной радостью и детским восторгом. Её эмоции были такими яркими и непосредственными, что Тур просто не мог удержаться и носился вместе с ней, погружаясь в её волну счастья. Сияя, как лучик света, она порхала по рынку, наполняя Туррена своей улыбкой и искренней радостью. Её светлая, нежная душа видела свет даже в самых простых и неприметных вещах. Он не мог не заметить, как глаза девушки загорались неподдельным восторгом при виде каждого товара на рынке. Будь то ткани, специи или оружие — всё вызывало у неё бурю эмоций, словно она видела в этих предметах нечто волшебное. Её искреннее восхищение оказалось заразительным: даже Туррен, привыкший ко всему на своём веку, начал смотреть на обычные вещи по-новому, открывая в них неожиданную красоту и глубину.
— Туррен, смотри, какие красивые ткани! Посмотри, какая она яркая и тонкая! — с восторгом восклицала Тэлли, словно не могла поверить, что такие вещи существуют.
— Тур, глянь, какие мечи! Они такие острые, и на них даже драгоценности есть, ты только представь! — не переставая удивляться, она показывала ему блестящие клинки.
— Тур-Тур, смотри, тут хлеб в виде короны! — она смеялась, как будто нашла самое забавное сокровище на земле.
— Смотри, Туррен, а тут такие красивые сумки, с вышивкой! — её голос был полон восхищения, словно каждая сумка была произведением искусства.
— О, Туррен, иди скорее сюда, тут из стекла животных делают!!! — радостно крикнула она, увлекая его за собой.
Туррену казалось, что Тэлли восхищалась буквально каждым предметом на рынке, и он ясно видел, что эти чувства были совершенно искренними. Когда она, словно заворожённая, прижалась носом к витрине кондитера, бергмару внезапно пришла в голову одна идея.
— Тэлли, Тэлли, остановись на мгновение, — Туррен мягко, но настойчиво схватил её за руку, останавливая её неудержимый бег. Когда она, чуть озадаченная, повернулась к нему, он с улыбкой протянул ей картонную коробку. — Открой, — хитро прищурившись, сказал он, наблюдая за её реакцией.
Тэлли была настолько удивлена, что на мгновение потеряла дар речи. Молча, с замиранием сердца, она стала медленно поднимать крышку, опасаясь, что внутри её ждёт какой-то подвох. Воспоминания о проделках мальчишек из приюта тут же всплыли в голове — как они частенько прятали в ладонях лягушек или кузнечиков, а потом с хохотом заставляли девочек взглянуть на «сюрприз», пугая их до визга. Но в этот раз всё было иначе. Когда крышка наконец приоткрылась настолько, что Тэлли смогла увидеть содержимое, в горле встал комок от переполнявших её эмоций. Внутри лежали несколько пирожных из той самой кондитерской, витрину которой она недавно с таким восторгом разглядывала.
— Тур… — еле слышно прошептала она, и бросилась ему на шею, пытаясь выразить бесконечную благодарность за его подарок.
— Ну-ну, ты что, — Туррен, не ожидая такой бурной реакции, немного растерялся. Но тепло обнял Тэлли одной рукой, стараясь успокоить её, а другой старался удержать угощение.
Они нашли тихий уголок между уличными лавками, где присели на брошенные коробки. Туррен наблюдал за тем, как девушка с величайшим удовольствием и осторожностью откусывает маленькие кусочки пирожного, словно это был самый ценный деликатес на свете. Его лицо озарила улыбка. Когда она проглотила первый кусочек, то не удержалась и поспешила затолкать в рот оставшуюся часть пирожного целиком. Туррен не смог удержаться от смеха — она была похожа на маленького мышонка, который старался съесть слишком большой кусок, но явно не справлялся с ним.
