Зря она так. Я же не железный, особенно после стольких лет воздержания. Взгляд приклеился к бледным бедрам. У видящих туго с загаром, сплошь белокожие, особенно те, что постарше рангом: чем сильнее — тем белее. Но мне нравится. Во времена моей молодости это считалось признаком аристократок. Шлюхи с такой кожей брали злотый за свои услуги, а то были приличные деньги, по тем временам. Таких девок я себе позволить смог, лишь когда сотником пана Тарквиновского стал. Давно это было, почитай четыре века минуло. В прошлом годе аккурат пятую сотку разменял. Скромно прошло, я и фляга спирта.
Алиса, кстати, тоже беленькая, словно Снегурочка. Если бы она передо мной так прелестями сверкала — не медлил бы ни секунды. Я как в палату вошел, заглянул в ее зеленые омуты — сразу завелся. Вот попадет она мне в руки, тогда… Но сперва надо вырвать ее из лап дракона, а там посмотрим.
— Уснул? — Мирослава вернула меня из плотских грез на землю.
— Тут полно если. Первое: если Белова не согласится жертвовать для вас свои яйцеклетки, что тогда?
— Плетнева должна склонить ее к сотрудничеству.
Это она, наверняка, о той красотке, благодаря которой я ее выследил. Они, кстати, похожи, но Плетнева значительно слабее — явно младшая родственница.
— А если не выйдет? — выдал я свое второе "если".
— Проведем извлечение насильно.
— Над дочерью Странника!? — я чуть не поперхнулся. — Да она вас всех по стенке размажет, и пикнуть не успеете.
— Потому надо торопиться, пока она в полную Силу не вошла, и на нее еще "Кольцо забвения" наложить можно.
— Заклятие Подчинения! Серьезно? — Мирослава меня прямо-таки поражала. — Оно же Темное. За шашни с Тьмой у вас в расход пускают. Рискуешь, советница.
— Цель того стоит!
Что ж, хочет перейти на Темную сторону — милости прошу к нашему шабашу.
— Как ты собираешься прятать Белову целый год? Между ней и драконом, наверняка, Кровная связь.
— Она не пила кровь даркоса. Став его фамильяром, она не прошла бы инициацию.
— Теперь это уже не помеха.
— Здесь не все просто. Тарквин хочет получить от нее дар Странника, а его кровь может этому помешать.
— Она унаследовала дар отца?
— Неизвестно, но дракон на это надеется.
— Значит, резоны есть, — видимо, топографический талант Беловой неслучаен. Только делиться этой догадкой с Мирославой я не собирался.
— Чушь! — она махнула рукой — бретелька сползла ниже, приоткрыв окружность соска, пурпурного на белой коже. Ядреная ягодка, так и просится в рот, но больно уж ядовита. Не обратив внимания на бретельку, Мирослава продолжила: — Ни у одной основательницы Древа способности к межмировым перемещениям не было. Они даже телепортироваться не могли, а порталы открывали только с помощью артефакта Странника.
— Значит, Квинт опасается конфликта Сил. Перестраховщик. Ольга и брюхатая колдовала.
— Не упоминай эту противоестественную связь моей дочери с драконом! — ее щеки пошли пятнами, глазки метнули молнию. Фурия.
— Не кипятись, — я примирительно поднял руки. — Как насчет ментального следа? Даже без Кровной связи Квинт по нему отыщет Белову.
— Есть артефакт, способный скрыть его даже от дракона.
— Что за вещица? — мне было известно о двенадцати артефактах Древа, которые Странник оставил своим дочерям. О "Портальном камне" она уже упомянула. Была еще "Ветка Отца" — самый мощный артефакт Сокрытия. Неужели речь о нем?
— Это серьги, что лежат у тебя в кармане. Ты отнял их у наркоманов, обокравших квартиру Беловой, — удивила она меня, но и разочаровала. Я давно мечтал познакомиться с "Веткой Отца", лично.
— Ты, как погляжу, неплохо осведомлена о моих похождениях, о содержимом карманов тоже.
— Плетнева тебя вычислила, хоть и приняла за даркоса.
— Лестно, — я достал серьги и показал ей. — Эти?
Она подошла к креслу, наклонилась — бретелька сползла еще ниже, полностью оголив правую грудь.
— Да, они, — она выпрямилась, даже не прикоснувшись к содержимому мой ладони. — Странник наложил на них заклятие и подарил Надежде Беловой, зная, что они потом достанутся Алисе. Он специально использовал местную ювелирную поделку, чтобы не привлекать внимание.
Она осталась подле меня, словно ждала, что я притяну ее к себе на колени.
— Да, неужели!? Я вот совсем не чувствую в них магии.
— Так и задумано. Иначе какой от артефакта Сокрытия прок, если его любой маг учуять может? — она потянулась, гибкая, словно кошка, и вернула-таки бретельку на место.
То манит, то отступает — классика жанра. Ждет, что я сорву с нее сорочку. Соблазн есть, не скрою, но мне куда интересней, что она предпримет, если я этого не сделаю.
— Дракон о них знает?
— Нет. Они наш козырь. Мы сделали все, чтобы Беловы не надевали серег раньше срока, и Тарквин не догадался об их назначении.
— Почему вы не спрятали их у себя?
— Это именной артефакт — его не продать и не украсть. Он всегда возвращается к владельцу, используя вероятность событий.
— Хм, магия Вероятностей, значит. Сложная штука. Так вот почему, у меня такое стойкое желание вернуть их Алисе?
— Ты для них — средство отыскать хозяйку.
