Встал месяц, – скольжу я в гондоле,Качаясь, по светлой бразде;Всё тихо; плыву я по воле;Венеция спит на воде.И сказочной блещет красою,Сквозь легкий тумана покров,Над томнотекучей волноюУзорчатый мрамор дворцов.И с лаской весло гондольера,Касаяся мерно струи,Глухим повтореньем размераБаюкает думы мои.Далеко, далеко, далекоНесутся душевные сны!К волшебным пределам Востока,Над шумом морской глубины;Где Сира с вершины утесаВ лазурный глядит небосклон,Вдоль сумрачных скал Тенедоса,Вдоль брега, где был Илион.И волн лучезарных БосфораМне снится опять красота:Сверкает Софии собораСвятая глава без креста;Белеет Галата и Пера…И снова, чуть зыбля струи,Удары весла гондольераБаюкают думы мои.И быстро меняются сцены:Везувий, блажной исполин,Гаета, – вкруг мыса МизеныОтливы сапфирных пучин.У шумного берега КьяиВеселый, крикливый народ,И лодок бесчисленных стаиНа зеркале блещущих вод.Вдоль пристани frutti di mare[41]В корзинах, расставленных в ряд;И, уличной внемля гитаре,Факкини в кружочке сидят.Вдали изумрудная лента,Тень лавров, платанов, олив;С душистой террасы СоррентаВесь век бы смотреть на залив.Притихла б там сердца химера!..И, сонные зыбля струи,Удары весла гондольераБаюкают думы мои.Другие мелькнули картины,Суровее, – мыслям милей:Убогие избы, овиныИ гладь бесконечных полей.Повсюду простор величавый,Звон всенощной в каждом селе;И город огромный, стоглавыйШироко сверкнул в полумгле,И с грани земли православнойГромада столицы другойКичливо блестит над державной,В гранит заключенной рекой.Над ней небо хладно и серо…И, мерно колебля струи,Удары весла гондольераБаюкают думы мои.И взорам мерещится снова,Что видеть отвыкли они:И ночи без мрака ночного,И темные зимние дни.Несутся видения роем:Та грустного счастья пора…И дом тот с уютным покоем…И тихие те вечера…И вновь разыгралися бредни,Как будто б шли даром года;Как будто б случилось намедниВсё то, что сбылося тогда!Очнулась сердечная вера…И льются, сливаясь, струи;И плещет весло гондольера,Баюкая думы мои.Июнь 1858<p>«Умолк шум улиц, – поздно…»</p>Умолк шум улиц, – поздно;Чернеет неба свод,И тучи идут грозно,Как витязи в поход.На темные их ратиСмотрю я из окна, –И вспомнились, некстати,Другие времена,Те дни – их было мало, –Тот мимолетный срок,Когда я ожидала –И слышался звонок!Та повесть без развязки!Ужель и ныне мнеВсей этой старой сказкиЗабыть нельзя вполне?Я стихла, я довольна,Безумие прошло;Но всё мне что-то больно,И что-то тяжело.1858<p>«Бежал корабль, прорезывая бело…»</p>
