И между тем опять носился шум нестройный,Теснилася толпа среди блестящих зал,Струилося вино, – шел пир заупокойный,И гул вокруг стола ширел и возрастал.И звонкие слова сменяли речь глухую,Улыбки ожили, проснулась клевета,Стучалась дерзостно и в доску гробовуюНеотразимая мирская суета.А там, вдали, луна всходила;А там, в безвестности ночной,Чернела новая могила,Уже забытая толпой.И липы, шепча меж собоюНа непонятном языке,Качали тихо головоюВ своей таинственной тоске;И заливалася полянаСлезами крупными росы,И в легком сумраке туманаДве забелели полосы;Два дуновенья близ могилыПовеяли в пустынной тьме;Два голоса слились, унылы,С роптаньем листьев на холме.Первый голосИ ты скрестила в гробе руки,Оставя мира шум вдали,И все борьбы, и все разлуки,И все стремления земли!Свой чистый перл в житейском мореИскала, бедная, и ты;И ты угасла в тщетном горе,Добыча пагубной мечты!Второй голосОна в сей мир вступила для того ли,Чтоб праздно жить и бесполезно пасть?И не грешна ль слепая трата воли?И не стыдна ль безумной думы власть?Где дань ее? где жизненное дело?Чем разочлась душа ее с землей?В лицо судьбы она взглянула ль смело?Не солгала ль она себе самой?Не уняла ль мочь внутреннего зова?Свершила ль долг, препорученный ей?Пошла ль вперед? искала ль жизни слово?Своей тоски была ль она сильней?Первый голосОна ярмо земных стесненийНе приняла в земном краю,Не усумнилась средь сомнений,Не убоялася в бою.Любила горестно и страстно,В чужие верила сердцаИ до конца ждала напрасно,И уповала до конца.Второй голосЗачем роптать на вечные законы?Возможности не признавать межи?Трудов святых не заменяют стоны;Жизнь лучше снов, и правда выше лжи.Кто виноват, что мочи ей не сталоГлядеть на путь, измерить крутизну,Не ждать чудес, людей понять сначалаИ на себя надеяться одну!Зачем, обман встречая ежедневный,От ложных вер она не отрекласьИ в пагубной алхимии душевнойВысоких благ истратила запас?Первый голосСильней обид, сильней обманаБыл в ней любви священный жар;В ней не могла затихнуть рана,Не мог иссякнуть грустный дар.Кто знал, в том мире лживо-строгом,Где скорбь постыдна и смешна, –Как безутешно перед богом,Смиряясь, плакала она?Какие жертвы приносила?Какой в груди роптал вопрос?В какой грозе ее ветрило,Противясь долго, порвалось?Нет! кто стремился непонятноК тому, что в жизни не сыскать,Кто мог, обманутый стократно,Сберечь надежды благодать;Кто на земле душой измерилИзбыток тех надземных сил, –Не виноват он в том, что верил,Не виноват он, что любил!<p>6</p>
