Я призвал на помощь все свои способности, заполняя пространство ударными волнами только для того, чтобы увидеть, как сверкали красные огоньки ее брони, когда она с легкостью уходила от атаки. Мне постоянно приходилось напоминать себе о необходимости продолжать действовать, потому что слишком легко было позабыть обо всем на свете и просто наблюдать за тем, как Джена двигалась. Ее новая броня оказалась чертовски эластичной.
Некоторое время она даже не пыталась приблизиться ко мне. Когда я метнул в нее целый рой деформирующих полей, она бросилась в одну сторону, потом в другую, а затем, когда ей представился шанс сократить дистанцию, остановилась, ожидая моего следующего хода. Что ж, Шепард сказала, что хочет испытать свое приобретение. Судя по полуулыбке, полуоскалу на ее лице, она была впечатлена.
Как и я. Но у меня имелся еще один козырь в рукаве.
Наконец Джене наскучило уклоняться от моих биотических атак, и она двинулась вперед. Пару раз мне удалось задеть ее щиты, но в остальном она оставалась недосягаемой. Не то чтобы это не являлось очевидным и раньше, но теперь я точно знал, почему именно Шепард сделали Спектром человечества, предпочтя ее всем остальным представителям нашей расы. Однако все ее умения и таланты не могли помочь ей справиться с гравитацией. Бросив в ее сторону еще несколько энергетических зарядов, я ощутил, как просыпается к жизни каждый узелок нулевого элемента в моем теле, обеспечивая мне необходимый уровень контроля для того, что я собирался сделать.
Когда Джена находилась всего в каких-то нескольких метрах от меня, я неожиданно поднял вверх ладони, и она остановилась на всем ходу с выражением полнейшего смятения на лице; голубой огонь, который я привык видеть вокруг врагов, окутывал ее тело. Воспользовавшись ее замешательством, я сжал кулаки и поднял их выше, ни на секунду не забывая о контроле над своей биотикой. Губы Шепард приоткрылись, и до меня донесся тихий удивленный вздох, когда ее тело, все еще заключенное в стазисное поле, оторвалось от пола. Если бы я хоть на мгновение потерял осторожность, то дело могло бы закончиться оторванной конечностью или чем-то похуже, но ее смущение постепенно превращалось в чистейшее изумление, а во взгляде я увидел доверие. Мне на глаза попался логотип N7 на ее броне - напоминание о том, кто она такая. Убить Шепард будет чертовски сложно, и я уж точно не стану тем, кто сделает это.
У Джены был шанс похвастаться своими способностями, теперь пришел мой черед. Она хотела увидеть, на что способны L2? Выражение, появившееся на ее лице, когда я поднял ее еще выше, определенно стоило головной боли, которая, как я знал, настигнет меня позже.
Сверху донесся смех: Шепард без особого энтузиазма пыталась бороться со стазисным полем. Мне не раз доводилось видеть, как она выводила из игры биотиков, скрывающихся за подобными барьерами, так что я знал, что при желании она справится и с моим, особенно учитывая тот факт, что я не мог усилить поле без риска навредить ей. Прежде мне доводилось использовать свою силу только на неодушевленных предметах или противнике, которого нужно убить - для того же, чтобы направить ее на кого-то дорогого мне, требовалась серьезная концентрация.
И все же я мог продержаться еще несколько минут. Казалось, Джена чувствовала себя вполне комфортно, а как только я перестал скрупулезно анализировать каждое свое движение, мне стало легче перемещать ее, одновременно сохраняя поле достаточно сильным, чтобы удержать, но не причинить вреда. Если бы я не удивил сам себя тем, что сотворил на церберовской базе, мне и в голову бы не пришло пробовать то, что я делал сейчас. Я видел, как подобный трюк выполняют сильные азари, и теперь знал, что тоже способен на это. Довольно улыбаясь, я управлял полем движением рук и наблюдал за тем, как Шепард летает вокруг огромного помещения, кружась, пикируя и смеясь так, что у меня перехватывало дыхание.
С замиранием сердца я вспомнил, как полные губы Джены неуверенно приоткрылись, а затем растянулись в ухмылку, когда я поддразнил ее, указывая на огромную ошибку в ее неумело собранном коде, в тот день, что мы провели у консоли. Точно так же она улыбалась и сейчас, и, как и прежде, я уже знал, что, засыпая, буду видеть именно ее. Буду вспоминать ее лицо и запах, который ощущал, наклоняясь ближе – так, чтобы почувствовать тепло тела, не прикасаясь к ней. На мгновение я притворился, что мы не были военными, не находились на задании, призванном спасти галактику.
Я затейливым образом шевельнул пальцами, и Шепард с широко раскинутыми руками кувыркнулась в воздухе. Мне хотелось, чтобы она улыбалась так всегда.
К сожалению, это маленькое развлечение должно было рано или поздно закончиться. Я перенес Шепард назад к себе, опустил к самому полу и снял стазисное поле. Голубой огонь мигнул, струясь вокруг ее тела, и, наконец, растворился в воздухе, отчего Джена покачнулась вперед. Я протянул руку, чтобы поддержать ее, но она уже восстановила равновесие и удивленно хохотнула.
