- Программа помощи, - просто ответила я. Мне хотелось рассказать им, всем им. После того, как мне официально присудили звание Спектра, я сказала себе, что наконец-то добилась этого и теперь могу перестать бежать, перестать с таким упорством стараться оправдать свое существование. Теперь у меня была власть, я могла защитить себя и тех, кто мне дорог. Я обвела глазами помещение. Список таких людей вырос без моего ведома. Но, решила я, делая очередной глоток рома, это хорошо - хорошо заботиться о ком-то. Это вовсе не означало, что я автоматически приговаривала этих людей к смерти, хотя у меня имелось достаточно доказательств обратного.
Эшли спросила еще об одной татуировке, однако я заявила, что расставшись с деньгами, не собираюсь так же легко выдавать все свои истории.
Взамен я сама задала ей вопрос, и после некоторых уговоров, под нашим совместным нажимом, она поведала о том, как во время службы в Альянсе впервые всплыл тот факт, что она внучка генерала Уильямса. Эшли рассказала, как вновь вернула уважение сослуживцев, сумев притащить раненого командира к челноку после того, как в одиночку завершила операцию, в то время как остальной взвод оказался зажатым неприятелем где-то по пути. Со страстью, присущей пьяному, она жаловалась на несправедливость жизни, на то, как ужасно было осознавать, что как бы она ни старалась, как бы далеко ни зашла, ей не избавиться от этого ярлыка, который не имеет никакого отношения ни к ней, ни к ее достижениям.
Я вновь повторила то, что уже говорила ей раньше – что я считаю, на Шанкси ее дед принял верное решение, и каждый, кто думал иначе, - просто склонный к самоубийству идиот, и я с удовольствием бы сама вправила ему мозги. Чего я не сказала, так это что по завершении миссии собиралась рекомендовать ее к повышению до офицера – Эшли и без того выглядела довольной моими словами, так что я решила пока оставить этот сюрприз при себе. Было здорово совершать хорошие поступки, когда предоставлялась такая возможность, а рекомендация Спектра могла помочь молодому солдату сделать карьеру.
Далее пришла очередь Гарруса. Он поведал нам захватывающую повесть о том, как сумел засадить коррумпированного чиновника, лишь слегка выйдя за рамки закона. Бутылка с непонятной этикеткой, которую турианец держал в руке, почти опустела. Я налила себе новую порцию, а Кейден неохотно рассказал уже слышанную мной историю о миссии, в результате которой его повысили до штабного лейтенанта, однако он все же добавил немного новых подробностей для меня.
Затем они спросили меня об учебе в N-училище. Даже приглашение пройти там тренинг некоторые считали невероятно престижным, но я не разделяла этого мнения. Как-то, когда я еще носила звание первого лейтенанта, мне довелось увидеть агента N4, и уже тогда я была гораздо лучше его. Едва лишь получив приглашение в программу, я знала, что поднимусь до самого верха. Меня уже считали особенной: мне сказали, что то, как я показала себя на Элизиуме, а также нескончаемые рекомендации и невероятно высокие результаты тестов уже означали, что я могу пропустить обычный тренинг в академии и получить свой статус бойца N. Мой жизненный опыт был гораздо страшнее всего, что мне довелось увидеть в N-училище, расположенном в Рио. После Блица работа по двадцать часов в день казалась мне забавой.
Я все же рассказала троим своим собеседникам о нескольких миссиях, позволявших мне подниматься все выше и выше до тех пор, пока я не добилась разрешения поместить на груди символ N7 – теперь я могла прогуливаться по любому объекту Альянса так, словно владела этим местом.
- Ты стала первой женщиной, получившей это звание, да? – спросила Эшли, облокотившись о стол и все еще не выпуская из рук пивной бутылки.
Я кивнула.
- До сих пор остаюсь единственной. После меня была еще одна, но она погибла несколькими месяцами позже.
- Должно быть, это сложно – проходить тренинг, когда вокруг одни мужчины?
Пожав плечами, я ответила:
- Ничего особенного. Если бы я не могла за себя постоять, меня бы там вообще не было. Под конец мы научились неплохо ладить.
На самом деле это означало, что другие либо держались от меня подальше, либо стали чем-то вроде приятелей, либо походили на Луку – агента N5, с которым мы развлекались практически с нашей первой встречи. Я попыталась вспомнить, как он выглядел, и не смогла. Каждый раз, думая о тех моментах, тайком украденных минутах, что мы провели вместе в заброшенных зданиях и ангарах, я видела перед собой другое лицо. Сглотнув, я свалила это на выпивку и долгое воздержание.
