Улыбка Кейдена делалась все шире; приглушенный свет оттенял его высокие, точеные скулы и придавал глазам блеск. Что-то шевельнулось в моем животе, и неожиданно, стараясь побороть раздражение, я вспомнила кровь, замеченную мною утром в душе. Это объясняло мое напряжение и дурацкую эмоциональность в последние несколько дней. Мое тело абсолютно точно знало, чего хотело, и я уверила себя в том, что мое состояние – единственная причина, по которой я не стану заходить дальше этой ночью. И хотя Кейден не походил на человека, который, не задумываясь, прыгает в чужую койку, я не сомневалась, что сумела бы убедить его. Даже Спектрам время от времени необходимо расслабляться. Как и лейтенантам.
Внезапно устройство громкой связи захрипело, возвращая меня в реальность, и Кейден мгновенно напрягся, вслушиваясь в голос Джокера.
- Коммандер, просто решил сообщить, что мы приблизимся к ретранслятору примерно через минуту, так что держитесь крепче. После нас ожидают всего восемь с половиной часов полета до Вермайра.
- Спасибо, - автоматически поблагодарила я пилота, подняв взгляд к устройству связи, также служившему микрофоном и камерой, на потолке. Затем последовал толчок, лишивший бы меня равновесия, если бы я стояла – корабль вошел в ретранслятор. При слове «Вермайр» я вспомнила бесконечные страницы отчетов и инструктажей, касающихся ожидающей нас завтра миссии, и, взглянув на Кейдена, поняла, что мой отдых окончен.
Бросив ему извиняющуюся улыбку, я сняла ноги со стола, встала, отряхнула штаны и произнесла:
- Что ж, пожалуй, мне пора – нужно немного поспать.
Он кивнул, выглядя несколько смущенным. Даже несмотря на выпитый алкоголь, лейтенант все еще оставался человеком, чтущим правила, и его привычка постоянно контролировать себя и оценивать свои действия одновременно являлась как добродетелью, так и проклятием.
- Коммандер, - неуверенно начал он, когда я уже собиралась уходить, - прошу прощения, если я вел себя слишком… свободно, непрофессионально.
Все до единой мысли о профессионализме вылетели из моей головы, стоило мне посмотреть на него сквозь дно стакана. Направившись к своей каюте, я оглянулась.
- Этого я не говорила, - практически промурлыкала я, заметив, как неуверенность на его лице вновь сменилась понимающей улыбкой. До того момента, пока за мной не закрылись двери, я чувствовала спиной его взгляд.
************
Этот вечер стал последним, прежде чем все пошло к черту. Последний раз у меня на душе было спокойно. Я смотрела на снимок, сделанный кем-то в самом начале игры в покер. Ничто не омрачало наши лица. Кейден раздавал карты, а Эшли широко улыбалась чему-то. Вечер по-настоящему удался.
Однако я была невероятно наивна. Я считала себя самой опытной женщиной на свете, но имела глупость полагать, что жизнь не потребует страшной платы за ночь, полную веселья и смеха. Что ж, мне вновь преподали жестокий урок: что бы я ни делала, как бы ни старалась, со мной не происходит ничего хорошего. Судьба дразнила меня, осыпая подарками только для того, чтобы отнять их чуть позже. Мне казалось, что я существую лишь для того, чтобы другие люди могли продолжать жить своими обыденными, скучными жизнями и не беспокоиться о галактических угрозах. Они даже не ценили этого – я с таким трудом сумела отсрочить вторжение Жнецов, дать нам время подготовиться, и в благодарность они заперли меня в клетке, не желая понимать, что обратный отсчет уже запущен.
Закрыв глаза, я снова вспомнила, как Кейден смотрел на меня тем вечером: с надеждой, доверием и возбуждением, рожденным новым увлечением, с предвкушением. Это тоже было наивно. Я говорила себе, что происходившее между нами безобидно, но после событий на Горизонте стало очевидно, насколько я заблуждалась. «Нормандия» изменила меня. Когда ваша цель – спасение галактики, многое видится в ином свете: вы берете от жизни все, что можете, и не задумываетесь над последствиями. Вся наша с Кейденом история сводилась к этому: притворяйся, что это нормально, что это ничего не значит, и что в любой момент ты сможешь разорвать эти отношения.
Однако это все-таки что-то означало, и мысли об этом до сих пор причиняли боль.
Я провела пальцем по лицу Эшли на фотографии. Ее улыбка могла многое рассказать о ней: о том, какой уверенной и бдительной она была, с какой мрачной решимостью смотрела в лицо судьбе, ища место в жизни, которое подошло бы ей идеально. «Нормандия» стала таким местом для всех нас, по крайней мере, на время.
Все изменилось после того, как мы высадились на Вермайре.
========== Последствия ==========
Кейден
Глядя на экран перед собой, я вдруг осознал, что в течение последних нескольких минут бездумно читаю одно и то же предложение. Я отвернулся от консоли и, стараясь не потянуть свежий шов на боку, оперся предплечьями о перила, ограждающие спальные капсулы.
Казалось, я застрял в кошмарном сне - из тех, в которых мир рушится вокруг, и ты кричишь и кричишь, но никто не слышит. Стоило нам только приземлиться на Вермайре, как судьба принялась наносить нам один сокрушительный удар за другим, пока, наконец, не…
