Другой такой же загадочный документ заходит еще дальше в область нереального. Автор «Ста глав» не подписавший свое произведение, вероятно, также относился к образованным слоям общества и, возможно, был приближенным Максимилиана. Его называют «революционером Верхнего Рейна». Патриотизм побудил этого автора, как и Бранта, строить планы, выражавшие безудержный мессианизм. Первые люди на земле, утверждал он, говорили на немецком языке, и всё хорошее, что когда-либо было создано, исходило от немцев. Спаситель пришел на землю, чтобы искупить охватившие весь мир грехи других народов; латынь и римское право были для них ядом. Но
В разном виде образ мессианства проявился в народных песнях, представляющих Фридриха III вернувшимся на землю Гогенштауфеном. Его ждали, и рано или поздно он должен был принести своей стране богатства золотого века.
ЭПИЛОГ
Единственный человек, безвестный профессор малопрестижного тогда Виттенбергского университета, Мартин Лютер, произвел волнения, радикально и надолго изменившие лицо Европы. В 1517г., накануне Дня всех Святых он опубликовал 95 тезисов, а через несколько месяцев его слава распространилась по всей империи. Причины этого успеха многоплановы и различны. Злоупотребления церкви раздражали многие поколения христиан. Лютер убедительно заявил, что священники и верующие жили неправильно, а искажение веры вызвало неизбежную деформацию обычаев. Конечно, элементы этого заключения уже сформулировали еретики прошлого, но послание Лютера не ограничивалось исключительной силой слова. Оно получило широкий резонанс в 1520г. Благодаря «Призыву христианского дворянства к немецкой нации» немцы осознали свое убогое положение и свое предназначение. Их народ презирали; епископская власть оказывала на немцев большее давление, чем на другие народы, но «Бог протянул ему руку». Лютер желал вернуть Церкви блеск, утраченный ею из-за ослабления и неправедной жизни. Это пророчество сбылось через многие годы. Немцы сплотились вокруг из виттенбергского доктора; Германия стала колыбелью Реформации, быстро вышедшей за пределы империи и охватившей всё христианство, разрушив церковные стены, державшегося в течение столетий.
Тем временем произошло крупное политическое событие. 28 июня 1519г. Карла V избрали императором на смену его дедушке Максимилиану. Этому предшествовали сложные переговоры. Князья решились на позорную сделку; но за их голоса пришлось дорого заплатить. Согласно предвыборной сделке Карл, как правитель, всего лишь стоял во главе ассоциации княжеств. Но выборщики прислушались к голосу немецкого патриотизма, не предусмотренному Золотой буллой. Соперником Карла был Франциск I, не жалевший денег для овладения императорской короной. Однако немцы не могли согласиться на перенос империи из Германии во Францию. Они обратились к незримой, но мощной поддержке двух прежних императоров – Барбароссы и Карла Великого. Конечно, внук Максимилиана, уже три года бывший королем Испании, являлся в первую очередь «бургундцем». Он неважно говорил по-немецки, но его имя заставляло вспомнить о Карле Великом. Теперь «другой Карл» спасал честь немцев.
Триумфальный успех Лютера и выборы Карла V доказали, что немецкая нация окончательно сформировалась. Осознав свои достоинства, она не терпела, когда их недооценивали. Унижения пробудили ее гордость. Империя, создавшая народ из множества народностей, стала божественным предназначением немцев. Имперская история сплотила эту общность, а память о славных днях еще прочнее укрепило ее в дни поражений, испытаний и унижений. Однако историческая переплавка не завершилась. Местные особенности навсегда сохранились в княжествах. Империя стала душой германской нации, но ее тело было недостаточно сильным. Императорам оказалось не под силу сформировать единое государственное устройство, а князья медлили, собираясь с силами. На заре нового времени у каждого немца было две родины; одна – княжество или городок, подданным или гражданином которого он являлся; другая –
