В сравнении с этим стремительным ростом безрассудства серьезность во всём, присущая буржуазии Германии, создает резкий контраст. Как любой стороне существования, религии следует быть последовательной. Узнать и понять правду веры и правила христианской морали составляло важнейшую цель жизни. Но воскресные проповеди, зачастую произносимые слабыми священниками, а также посредственными теологами и плохими ораторами, не могли утолить жажду мистического, которую испытывала их паства. Таким образом, во многих городах были созданы специальные службы, главы которых произносили проповеди каждое воскресенье, в праздничные дни и ежедневно во время постов. Но живое слово было необходимо закреплять чтением. Почувствовав это, братья Общей Жизни принялись переписывать нужные тексты и продавать их по себестоимости. Гуттенберг /изобретатель книгопечатания/ знал, что и мирянам, и священникам срочно требовались дешевые книги. Потенциальных покупателей его «товара» было бессчетное множество, и, хотя множество печатников на этом составили себе состояние, сам он умер практически в нищете. К примеру, у Корберга в Нюрнберге сотня рабочих обслуживала 24 печатных станка. Меньше чем за полстолетия несколько миллионов книг с религиозной тематикой поступили в продажу. Библия на местном наречии появилась в издательских каталогах в 1466г.
Перед Реформацией из религии сердца возникла религия книги. Это произошло из-за значительного роста числа грамотных. Но соотношение горожан, умеющих читать и писать, составляло 10 - 30%. В 1487г. 4000 школьников встретились с Фридрихом III в Нюрнберге. Однако в небогатых городах школьные учителя сами учились писать и считать. Даже в небольших городках были школы счёта с обучением на немецком языке, но существовали также латинские школы, обычно присоединенные к приходам, в которой певчие обучались церковной латыни. Со временем эти учебные заведения начали использовать педагогические новшества, введенные в классы братьями Общей Жизни. Эти монахи, внедрявшие разумный подход вместо зубрежки, открывали ученикам красоту классической цивилизации, комментируя отобранные тексты. В Селестате сотни мальчиков посещали их школу; в Эммерихе – около 800. Гуманист Вимфелинг в 1501г. предложил магистрату Страсбурга создать гимназию, поскольку неготовые к этому подростки стремились получить высшее образование, не выказывая необходимых к этому способностей.
Всё больше университетов регистрировалось в канцеляриях. Теперь не нужно было уезжать из родного города для получения образования.
Не только желание изучить Кодекс или Декрет толкало немцев за пределы Альп. Выбор Италии зависел в равной мере от привлекательности гуманизма и от репутации юристов. По приглашению Кала IV итальянские гуманисты, делавшие первые шаги, прибыли в Прагу. Их привлекли также Церковные соборы в Констанце и Базеле. Изысканность прозы, искусные ритмы итальянских поэм соблазнили немцев, пожелавших сравняться с ними. Немцы сохранили следы своего пребывания за горами в искусстве красноречия и изящной словесности. Именно потому, что в Германии трудно было найти следы античной цивилизации, а немецкий язык дальше отстоял от латыни, чем итальянский, немцы приложили много труда для создания собственной художественной литературы.
Для них гуманизм был не просто игрой разума, но скорее страстным и трудолюбивым поиском. Немцы занимались археологией, историей и филологией в стремлении понять Гомера или Платона. Они до тонкостей изучали греческий язык. Затем они принялись за методическое изучение иврита и писаний видных талмудистов. Для постижения царства магии, некоторые из них соединяли каббализм с платонизмом. Гёте использовал их рукописи, создавая завораживающий портрет Фауста. Существовала, однако, разновидность гуманистов, несших слово Божие простому народу. - В «Корабле сумасшедших» были созданы и смешаны безобидные причуды с отвратительными недостатками.
