димо уяснить, в каком онтологическом соответствии находится такая мера, как метр, в развернутой системе мер, состоящей, в свою очередь, из меньших модулей, таких как шаг, локоть, фут, ладонь, пядь, вершок и т. д. Возможно, метр и сантиметр, через арифметическое значение числа, позволяют увидеть внутреннюю гармонию меры. Метафизика зодчества становится физикой и высшей математикой, когда появляется метр. Естественные меры благодаря универсальному метру раскрыли математическую гармонию соответствий локтя, фута, сажени. Метр позволил микрокосм человека сопоставить с макрокосмом вселенной, поскольку именно метр через свое геоморфное происхождение стал посреднической величиной, связавшей естественные антропоморфные меры с физическими параметрами земли. Наложение геоморфной меры на антропоморфную в очередной раз явило миру гармонию устроения мира, выраженную математическим числом. При современном уровне развитии естественных наук наличие метра не столько уводит исследователя от прежнего понимания единиц измерения, сколько выводит на иной уровень восприятия, способствующий не только принять на веру утверждение о том, что в основе меры длины, света и звука лежит единый закон гармонии и совершенства, но и опытно доказать это. Итак, через метр вновь стало очевидно, что «…пропорция, которая вводится Богом, является причиной звучания гармонии» («sono causa modulaminus»)208. Число сажени, выраженное в сантиметрах, звучит как музыкальная волна, и увидеть это вновь стало возможно благодаря введению или, по другим воззрениям, возвращению такой меры длины, как метр. Вполне возможно, что сажень связана с метром через музыкальную гармонию чисел. Метр (в сантиметрах) соотносим с мерой саженной через определенные тактовые звуковые колебания числа. То есть, в метре фиксированы тактовые колебания числа определенной меры (108, 142, 144, 156, 216, 256, 288 и т. д.)209.
С другой стороны, введение универсальной меры отчасти повлияло на отношение к мере у самого зодчего, который лишился разнообразной палитры для выражения через число образной стороны объекта. Универсальная мера, выявив гармонию соответствий старых мер, заслонила способы раскрытия на языке меры семантики сакрального пространства. В результате изменений в системе измерений, язык пропорций архитектурных произведений оказался сложен для прочтения. При переходе на единую метрическую систему пространство перестало наглядно отражать принцип иерархии мироустроения, архаичные меры перестали говорить с зодчим на языке смыслов. Мера, выраженная метром, превратилась в формальный инструмент измерения, анализ которого ограничен математическими выводами. Однотипная мера перестала отражать избирательные принципы иерархии, превратившись в формальный инструмент измерения. Поэтому и сам процесс определения размеров сооружения стал формальным фиксированием безликих, немых координат. Традиция сакрального пространства, определяемого с первых шагов основания объекта, оказалась как бы утрачена. Определить способы для ее восстановления путем использования той или иной мерной системы представляется довольно сложной задачей и не дает четко обоснованных результатов.
