Мадлен. Это ложь. Я не могла решиться на то, чтобы причинить вам малейшее горе. Еще до того, как я узнала обо всем, этот разрыв мучил меня. Я сказала об этом Мишелю. Не могла дать ему большего доказательства любви.
Жорж
Мадлен. От чьего лица вы спрашиваете? От его или своего?
Жорж. С тобой говорит его отец.
Мадлен. Я люблю его. Он мой. Мишель – это я сама. Я не в силах более представить себя без Мишеля. Неудача делает человека приниженным. Если я и ввела вас в заблуждение, то с моей стороны это было совершенно бесхитростно. Я считала себя неспособной владеть большим. Не надеялась встретить любовь. Бо́льшую, чем наша с вами. Нужно было появиться Мишелю, чтобы я поняла: любовь – это нечто иное и я имею право на счастье. Один-единственный и такой невероятный шанс, Жорж, о котором я и мечтать не смела.
Жорж. А Мишель любит тебя?
Мадлен. Все доказательства налицо. Если бы он знал, если бы он узнал правду, он бы возненавидел вас, убил бы меня, и сам умер бы от этого.
Жорж. И речи не идет о том, чтобы он узнал.
Мадлен. Вы добрый, Жорж. Я понимала, что, как только пройдет первое потрясение, мне не нужно будет ничего более доказывать и что счастье Мишеля будет поставлено превыше всего.
Жорж. Счастье Мишеля…
Мадлен. Всей моей жизни не достанет, чтобы выразить вам мою признательность.
Жорж. Так значит, для тебя это так просто – вообразить, что я отдам тебе Мишеля?
Мадлен. Что?
Жорж. Ты вообразила, что я отдам тебе Мишеля?
Мадлен. Вы шутите… Отнять у меня Мишеля?
Жорж. Причем немедленно.
Мадлен. Я не ослышалась?
Жорж. На что же ты надеялась? Что я раскланяюсь, ретируюсь, подтолкну Мишеля в твои объятья и всю оставшуюся жизнь буду наслаждаться зрелищем твоего триумфа?
Мадлен. Вы сошли с ума. Речь идет о вашем сыне. О счастье вашего сына. О счастье Мишеля.
Жорж. Какое счастье можно построить с женщиной, которая обманывает? Я тебя спрашиваю. Коли есть два, почему бы не появиться третьему? Раз ты обманывала одного, что докажет, что ты не обманешь и другого? Если это уже не случилось?
Мадлен. Жорж! Жорж! Вы так не думаете. Вы так не думаете.
Жорж. По правде сказать, нет. Я так не думаю.
Мадлен. Я была в этом уверена.
Жорж. Так вот, Мадлен, раз этого третьего не существует… и я в том уверен… необходимо его выдумать.
Мадлен. Выдумать?
Жорж. Нужно выдумать молодого человека твоего возраста. Чуть более взрослого, чем Мишель, существование которого ты от него скрывала потому, что испытывала стыд. Человек этот имеет над тобой большую власть, надеялся выдать тебя замуж, обеспечить.
Мадлен. Вы смеетесь надо мной, Жорж? Вы меня испытываете?
Жорж. Я никогда не был так серьезен.
Мадлен. Вы предлагаете мне пойти на преступление, совершить нечто ужасное, безумный поступок?
Жорж. Так надо, Мадлен, или я расскажу обо всем.
Мадлен. Расскажете вашему сыну? Вашей жене? Жорж!
Жорж. О моей жене не беспокойся. Ей я решил сказать в любом случае. Я обязан сделать это. Я забросил ее, пренебрегал своими обязанностями… и боюсь, первые слезы Мишеля разжалобят ее.
Мадлен. Она ему все расскажет.
Жорж. Она расскажет, если ты вынудишь ее это сделать, если ты заденешь ее за живое.
Мадлен. Так вот во что вы вовлекли Мишеля! Я была права, когда боялась. Мой страх был оправдан. Он был наивен, доверчив, легковерен. И даже если предположить, что я солгу, покрою себя грязью, поведаю ему эту нелепицу, он мне все равно не поверит. Он меня знает!
Жорж. Не внушила ли ты ему своей ненависти ко лжи? Ты не можешь ему лгать. Он тебя знает.
Мадлен. И вы способны осуществить это преступление? Способны умыть руки? Отобрать его у меня? Оставить меня одну? Но не надейтесь, что я вернусь к вам.
Жорж. Вернуться ко мне? Нет. Я излечился и излечу Мишеля.
Мадлен. От любви?
Жорж. Любовь… любовь… легко сказать. Я излечу его от намерения жениться, что в силу обстоятельств представляется недопустимым.
Голос Мишеля
Жорж
Голос Мишеля
Мадлен. Жорж, когда тех, кого любишь, нет рядом, уже и не осознаешь, что они существуют. Их любишь, словно умерших ненастоящей смертью. Они живут лишь в нашем сердце. Я говорила с вами во сне, в таком мире, в котором ничто не могло отнять у меня Мишеля. Это были сплошь слова. И вот раздался его голос. Он существует. Он существует в страшном мире, в котором его у меня можно отнять, украсть. Я цепляюсь за него, как вы говорите. И в то же время охраняю его.