Священные чудовища. Ужасные родители полностью

Жорж. Я поразмыслил, Мадлен. Ты свободна. Я все же расскажу ему. Мишель узнает, кто был этот другой. Я его потеряю, но и ты его потеряешь. Мы потеряем его вместе.

Мадлен. Это гнусный шантаж!

Жорж. Он необходим.

Мадлен. Жорж!… Жорж!… Жорж!… Послушай меня, поверь мне…

Жорж. Ты считаешь, что я настолько наивен…?

Мадлен. Да, наивен, добр, благороден. Все, что я любила и люблю в вас. Все, что я обожаю в Мишеле. Я ему сказала, что любила вас. Он чуть не обиделся. Не будьте чудовищем. Не становитесь чудовищем.

Жорж. Кто из нас, интересно, страдает?

Мадлен. Разве я не была достаточно наказана вашим неожиданным появлением, вашим ужасающим приходом? Я могла тут же, на месте умереть. Могла закричать, и все раскрылось бы.

Жорж. Меня это ничуть не волновало. Я знал, что если ты закричишь, значит, не любишь Мишеля, и что если ты сдержишь крик, значит, любишь его.

Мадлен. Ах, так ты все понимаешь. Ты сам признаешь, что он для меня все.

Жорж. Этот брак абсурден. Мишель должен остаться в своей среде, я желаю ему иной жизни, не той, которая ожидает его с тобой.

Мадлен. Какой же? Мне хотелось бы знать… Мои отец и дед – рабочие. Мне не занимать твердости характера. Я изменю Мишеля. Он будет трудиться. Он уже меняется. Ваша среда дает ему примеры разве что беспорядка, праздности, безделья. Горечь уйдет, и вы поспособствуете его счастью. Если же наоборот, вам всю жизнь будет стыдно.

Жорж. Горе его не будет столь уж продолжительным.

Мадлен. Ошибаетесь. Мишель – ребенок. Дети вспоминают о горе, выпавшем на их долю, как о драме. Да и вы, Жорж, вы тоже ребенок. Сломали вашу игрушку, вот вы и упрямитесь. Это была всего лишь игрушка. Кто я, Жорж? Да никто. Но для Мишеля я значу очень много. Мишель нуждается во мне. У вас есть то, что вы от меня таили, вы – глава семейства. Как вы можете сравнивать наши с вами отношения, построенные на лжи – ложном имени, ложном адресе, ложном одиночестве, и то, что испытывает молодое существо, целиком отдающееся чувству?

Жорж. Его мать отказала бы вам.

Мадлен. Так вы что же враги своему сыну?

Жорж. Так принято говорить об отцах и матерях, которые не позволяют своим детям лазать по деревьям.

Мадлен. А его тетя…

Жорж. Она любила меня… в молодости. И до сих пор сохранила это чувство, может, тайно все еще любит меня. Она возненавидит тебя, если по твоей вине меня выставят на посмешище или станут поджаривать на медленном огне.

Мадлен. Она увидит, как я люблю Мишеля и как Мишель любит меня, а если у нас будут дети…

Жорж. Дети! Производить на свет детей для всех этих гнусностей… Вот уж действительно!

Мадлен. Жорж, не поддавайтесь, не отклоняйтесь. Будьте добрым, справедливым, будьте собой.

Жорж. Я не поддаюсь. Я не отклоняюсь, детка. Ты должна вернуть нам Мишеля. Необходимо придумать третьего. Вам надобно выбрать: ложь или правда, труд рассказать о которой ему я беру на себя.

Мадлен. Это подло, подло!

Жорж. Я исполню свой долг.

Мадлен. Вы безумны.

Жорж. Я отец.

Мадлен. Вы лжете! Вы действуете из эгоистических побуждений. Вы не отец. Вы брошенный любовник, который мстит.

Жорж. Я тебе запрещаю…

Мадлен(бросается на него). Да, лжец! Лжец! Эгоист!

Жорж ее грубо отталкивает.

Пусть так, но не говорите мне больше о вашем сыне. Вам кажется, что вы мстите мне, а на самом деле вы мстите ему. Вам плевать, будет он счастлив или нет. Вы ревнуете. Для вас важны только вы сами.

Жорж. Нам остается несколько минут. Я требую, чтобы ты сделала, как я хочу. Оговори себя или я расскажу обо всем.

Мадлен. Рассказывайте.

Жорж. Пусть будет так. Ты хорошо подумала, к чему приведет наше признание?

Мадлен. Нет! Нет! Не рассказывайте. Я потеряла голову. Если он ничего не будет знать и бросит меня, я могу еще на что-то надеяться. Должна же быть какая-то справедливость, надежда на лучшее… Но если он будет знать о нас, мне больше ничего не останется.

Жорж. Ну вот видишь…

Мадлен. У меня ни за что не достанет сил.

Жорж. Я помогу тебе.

Мадлен(тихо). Это чудовищно.

Жорж. А ты думаешь, для меня не было чудовищным слушать вчера признания Мишеля в том, что он любит тебя, что ты его любовница, слушать, как он называет меня «стариком»?

Мадлен(в слезах). Он так гордился вами, вашей молодостью…

Жорж. Ты была моей молодостью, моей последней надеждой.

Мадлен. Будьте великодушны, Жорж. Настала его очередь жить. Уйдите с его дороги.

Жорж(ледяным тоном). Повторяю тебе, для меня в этом нет личной заинтересованности. Я намерен спасти моего сына, направлять его по жизни.

Мадлен. Вы лжете! Вы лжете! Вы семейство людей не от мира сего, холодных, бесчувственных, далеких от человечности… А Мишель такой отзывчивый, добрый. Вы разрушите все его иллюзии.

Жорж. Все, если ты не послушаешься.

Мадлен. Дайте мне время…