После разгромленной столовой малая гостиная, чистая, просторная, украшенная пышной елью, казалась настоящим уголком спокойствия. В еловых лапах мерцали огоньки свечей, мягкий ковер и удобные кресла манили уютом. Пламя в камине весело потрескивало, и только непроницаемый туман за окном добавлял цвет угрозы этой идеалистической палитре.
Отчего-то Эмили ощущала себя, как та лягушонка, пойманная в клетку ладоней. Неужели кто-то хотел отравить ее фирменным печеньем миссис Тилли? Неужели этот кто-то сейчас вместе со всеми усаживается в кресло, вытягивая ноги у камина, или мерит комнату нетерпеливым шагом? Конечно, своими вопросами за ужином лорд Уинтерборн разворошил осиное гнездо, но могла ли одна из этих ос ужалить его самого и скромную библиотекаршу из Лондона? Кому понадобилась ее смерть? Чутье подсказывало, что ответ не заставит себя долго ждать.
Гости расселись кто куда. Графиня Эшборо, бледная, как привидение, обитавшее в замке, расположилась у камина, рядом с самим лордом. Мистер Стаут вернулся без «спутницы» и встал поодаль, сложив руки на груди и бросая на графиню обиженные взгляды. Виконт Патнем присоединился к нему, вольно или невольно повторив позу, только надутые щеки делали его похожим на шкодливого школьника. Мистер Голдвин, который все же помог Мору подняться, заинтересованно изучал картину на стене. Мор, с ног до головы перепачканный чаем и джемом, расхаживал туда-сюда.
Эмили прижалась к Эйдану и рассматривала носки своих туфель, не в силах поднять глаз на хозяина замка. Рядом с Эйданом она не боялась ни отравителя, ни кого бы то ни было еще, но смятение в душе поднималось все выше и выше.
Лорд Уинтерборн прокашлялся, привлекая всеобщее внимание. Мистер Клоксон, вошедший последним, закрыл за собой дверь, будто отсек все пути к отступлению. Эмили вдруг почувствовала, как напрягся Эйдан. Все его тело словно одеревенело. Он внимательно изучал лица гостей, искал кого-то или что-то, но не мог найти.
– Господа, дамы, я должен поведать вам одну историю, – начал свою речь лорд Уинтерборн. – Эта история весьма печальна.
– Печальнее той, что уже произошла здесь? – перебил его Мор.
– Намного печальнее, мистер Мор, – с улыбкой подтвердил лорд. – Но, боюсь, вам ее не понять.
Мор моментально прикусил язык и, к радости Эмили, покрылся пунцовыми пятнами стыда.
– Эта история о настоящей любви, которой не суждено было сбыться.
Гости удивленно переглянулись между собой. Графиня Эшборо даже приподнялась в кресле, вся обратившись в слух. Эмили ощутила легкое прикосновение руки Эйдана к своей.
– И речь пойдет вовсе не о книге, ради которой я собрал вас здесь.
– Во дела… – не удержался от комментария Голдвин.
– Именно так, – поддакнул лорд. – На самом деле я собрал вас, чтобы вы все стали свидетелями.
– Свидетелями чего, позвольте спросить? – вмешался виконт Патнем.
– Имейте терпение, мой друг.
Лорд снова откашлялся, на этот раз по-настоящему – хрипло и болезненно.
– Один знатный молодой джентльмен полюбил прекрасную даму, но вот беда – дама оказалась не его круга, и отец этого джентльмена был категорически против такой невестки. – По изможденному лицу лорда пробежала зловещая тень, словно призраки прошлого разом настигли его. – Но джентльмен был молод и горяч. Он не внял совету отца…
Гости слушали, затаив дыхание. Никто не понимал, к чему ведет лорд, но история заворожила всех до одного. Даже в глазах ловеласа Мора на краткий миг сверкнуло понимание.
– Джентльмен втайне женился на своей возлюбленной, и одним рождественским утром она подарила ему дочь. Однако счастью не суждено было продлиться долго…
Сердце Эмили пропустило удар. Когда-то давно, в детстве, мама рассказывала ей эту историю. Да, ее сюжет был стар как мир и любим со времен «Ромео и Джульетты», и все же здесь таилось нечто большее. Нечто знакомое в том, как именно лорд говорил.
– Отец джентльмена узнал обо всем и пригрозил лишить сына наследства, а его молодую жену – опозорить навек. Джентльмен не мог рисковать жизнью и репутацией своей возлюбленной и их прелестной дочери, а потому отступил, наконец подчинившись воле отца.
Графиня Эшборо незаметно вытерла слезу и украдкой взглянула туда, где стояли ее несостоявшиеся женихи. Эйдан легко сжал пальцы Эмили. Сама же она с каждым новым словом чувствовала, как земля медленно уплывает из-под ног.
– С тех пор влюбленные никогда больше не виделись. Они решили, что для их дочери так будет лучше всего. Джентльмен помогал своей настоящей маленькой семье как мог и жалел об одном, что ему не доведется увидеть, как вырастет его единственная дочь.
– Он так и не завел другой семьи? – со всхлипом, которого никто от него не ожидал, спросил мистер Голдвин.
– Нет. Он всегда любил лишь одну прекрасную женщину, – грустно покачал головой лорд. – И даже когда его отец скончался, боялся нарушить данное ему слово.
Лорд замолчал, позволяя гостям проникнуться печальной историей. Эмили почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы.
