Я встал и вернулся в дом. Я бы никому не позволил выгнать меня из моего собственного дома. Коко и Бандит внимательно следили за мной. Я закрыл дверь на террасу и прислушался. Душ больше не работал. Я подождал еще мгновение, но все было тихо. Ни рыданий, ничего! Коко отошла от меня и побежала к двери Кары, принюхиваясь, прежде чем сесть. Я вздохнул. Коко особенно приглянулась Кара, но даже Бандит, которому никто никогда не нравился, казалось, наслаждался присутствием этой женщины.
Я шагнул к Коко и прислушался еще внимательнее, но за дверью царила тишина. Я схватился за ручку, надавил на нее и открыл дверь. Взглядом нашел кровать, на которой, свернувшись калачиком, лежала Кара, прижав ноги к груди. Я не видел ее лица, и, если быть честным до конца, я был благодарен за это. Не хотел видеть ее заплаканные глаза. Ее дыхание было ровным, и она не напрягалась, когда внутрь комнаты проник свет. Она и вправду спала.
Но от этого мне не стало легче. Это зрелище вообще не должно было вызывать у меня никаких чувств.
КАРА
Я подумывала о том, чтобы остаться в своей комнате, но это было бы глупо. Я ненавидела себя за то, что произошло прошлой ночью, но, возможно, я могла бы использовать это в своих интересах. Мне хотелось переманить Гроула на свою сторону, чтобы он помог мне и моей семье. Переспать с ним, возможно, было первым шагом в правильном направлении, как бы безумно это ни звучало.
Когда я вошла на кухню, Гроула там не оказалось, но дверь во двор была приоткрыта. Я вышла на улицу и обнаружила Гроула, который сидел на одном из стульев, уставившись в никуда. Собаки лежали у его ног, растянувшись на боку, но они лишь мельком взглянули в мою сторону, поведя ушами. Гроул перевел на меня взгляд, и мои щеки вспыхнули, но я не стала отводить глаза.
На его лице промелькнуло удивление, когда я подошла к нему. Я опустилась на стул напротив него и слегка поморщилась. От холодного утреннего воздуха у меня по коже побежали мурашки.
– С тобой все в порядке? – пророкотал он, нахмурившись.
– Я в порядке, – кивнула я. Не хотела обсуждать с Гроулом свое недомогание.
– Я приготовил для тебя кофе, – сообщил Гроул. Он встал, и я подумала, что он намеренно избегает встречи со мной, но через несколько минут он вернулся из дома с чашкой кофе в руках. Он явно переборщил с молоком, но я была рада его заботе. Я отпила глоток, затем задала вопрос, который беспокоил меня уже некоторое время.
– Как тебя зовут по-настоящему? Гроулом тебя прозвали после того, что произошло с твоими голосовыми связками.
– Правда? – спокойно спросил он.
Я нахмурилась.
– Да, из-за твоей манеры говорить.
– Рычать, – поправил он, и, услышав, как он произнес это, мне вдруг показалось, что его теперешнее имя подходит ему больше.
– Так как же тебя звали на самом деле?
– Какое это имеет значение?
– Просто хочу знать, – тихо сказала я.
Он снова уставился вдаль, словно потерявшись в прошлом. – Меня слишком долго звали Гроулом. То имя, которым меня звали раньше, больше ничего для меня не значит.
– Почему ты так говоришь? Это имя, которое выбрала для тебя твоя мать.
– Но мальчика с таким именем больше нет. Он давно умер.
– Так ты не против, что люди называют тебя Гроулом? Разве тебя не расстраивает, что люди ассоциируют тебя лишь со звуком твоего голоса?
– Гроул – это имя, которое вселяет в людей страх. Это имя, которое мне подходит. На данный момент. Это имя имеет вес и значимость, поскольку я так долго к этому шел.
– Но разве твое прежнее имя не лучше, чем имя, которое каждый день напоминает тебе о том, что с тобой произошло? – Мне хотелось выспросить у него подробности, но он уже напрягся, и у меня было такое чувство, что он не очень охотно поделится дополнительной информацией, если я спрошу его об этом сейчас.
– Мне не нужно напоминать. Я никогда этого не забуду. Оно у меня вот здесь. – Он указал на шрам у себя на горле. – И здесь, – добавил он, указывая на свой висок.
Я могла только догадываться, какие образы преследовали его по ночам. Возможно, именно потому он так легко справлялся с теми ужасами, которые происходили в его жизни сейчас, потому что ужасы прошлого затмевали все остальное. Некоторое время мы сидели в тишине, и каждый был погружен в свои мысли, пока Гроулу не пришлось уйти выполнять поручения Фальконе.
Он казался нетерпеливым, когда в тот вечер вернулся домой. Я отложила книгу на кофейный столик. Третью по счету, которую я прочитала. Гроул сразу же прошел ко мне в гостиную, но не сел, а вместо этого остался стоять в дверях. Он всегда старался держаться на расстоянии, за исключением тех случаев, когда мы были близки.
– У меня есть новости, – спокойно произнес он. – Фальконе сегодня немного выпил, а от этого он всегда становится словоохотливым. Он рассказал мне о твоей сестре. Ее спрятали в одном из его владений.
Я с шумом втянула в себя воздух.
