Я подвинулась к краю кровати и выпуталась из одеял. Я и так пробыла здесь слишком долго. Мои веки отяжелели. Не хотела, чтобы Гроул разбудил меня позже и отослал Гроул. Так было легче, когда уход казался моим собственным выбором, а не был следствием его нежелания делить со мной постель, его неспособности дать мне ощущение большей близости, чем это было необходимо. Смешно, что это маленькое подобие выбора заставило меня почувствовать себя лучше.
Мои ноги коснулись холодного пола, и знакомая дрожь пробежала по спине. Я встала. Я не успела сделать и шага, как сильная рука схватила меня за запястье.
– Останься, – последовал грубый приказ.
Я застыла, мой взгляд метнулся к Гроулу. Он все еще лежал, растянувшись на кровати, с закрытыми глазами. В его поведении ничего не изменилось, и если бы не его рука, крепко держащая меня, я бы убедила себя, что мне почудилось.
Я не стала зацикливаться на том, почему он передумал, скользнула обратно под одеяло, и только когда легла рядом с ним, Гроул отпустил мое запястье.
– Почему? – тихо спросила я. Он лежал на спине и не тянулся ко мне, а я не пыталась прижаться к нему. Это было бы слишком. Приглашение остаться на ночь уже было для него огромным шагом вперед в наших отношениях.
– Не спрашивай, – пророкотал он.
Гроул погасил свет, и на нас опустилась тьма. Я едва осмеливался дышать, не говоря уже о том, чтобы пошевелиться, остро осознавая, что Гроул, вероятно, прислушивается к каждому издаваемому мной звуку. Я не мешала? Неужели он уже сожалел об этом единственном слове?
Я прогнала эти мысли, а затем, когда я меньше всего этого ожидала, Гроул положил руку мне на спину. Легкое прикосновение, но его было достаточно. Еще один шаг в правильном направлении. Под звук его ровного дыхания, с ощущением его ладони на моей спине я медленно погрузилась в сон.
КАРА
В ту ночь меня дважды будили кошмары. Но не мои собственные. Гроул извивался и тяжело дышал во сне. Я не осмелилась будить его. У меня было предчувствие, что ему не понравится, что я знаю о его проблемах.
Было странно видеть его расстроенным, с искаженным агонией лицом. Я никогда не думала, что что-то может его так сильно беспокоить. Возможно, он был даже более человечным, чем я думала.
Когда я проснулась, его не было в постели, но я нашла его на кухне. Он, как обычно, прислонился к стойке с чашкой кофе. Даже теперь, когда у нас в пентхаусе был кухонный стол, он все еще предпочитал стоять, как будто ему нужно было быть готовым бежать в любой момент. На мгновение я пристально посмотрела на него: как неуместно он выглядел на элегантной, дорогой кухне, как неуместно он себя здесь чувствовал!
Коко и Бандит сидели рядом с ним, глядя на него глазами, полными обожания.
– Доброе утро, – сказала я.
Гроул наполнил чашку и протянул ее мне. Я улыбнулась и коротко коснулась его плеча в знак благодарности. Он не отодвинулся, и его пристальный взгляд заставил меня задуматься. Я выпила свой кофе, давая ему время, необходимое, чтобы сказать то, что он хотел.
– У меня есть просьба, – едва слышно произнес Гроул.
– Хорошо.
Что я могла для него сделать? Он посмотрел вниз на Коко и Бандита.
– Позаботишься о моих собаках на случай, если со мной что-нибудь случится?
Я нахмурилась.
– С тобой ничего не случится. Мы все вместе поедем в Нью-Йорк.
– Тебе бы следовало с нетерпением ждать перспективы моей смерти, – прохрипел он. – Уверен, что ты часто мечтала об этом.
Я должна была надеяться на это, и вначале я действительно надеялась. В конце концов, я даже сама пыталась убить его. Скоро мы рискнем своими жизнями. Возможно, сегодня мы последний раз вместе. Странно было думать об этом. Но самым странным было то, что мне было грустно из-за этого. Я вгляделась в его лицо. Я больше не боялась его, и я больше не желала ему смерти – отнюдь нет.
Я очень медленно протянула руку и провела по шраму у него на шее. Гроул замер, но не остановил меня. Я удивилась. Мне показалось чудом, что он позволил мне это сделать, и в глубине души я вдруг испугалась; испугалась своих эмоций и того, что уготовило мне будущее.
– Ты не умрешь. Ты самый сильный человек, которого я знаю, – прошептала я. Я подошла к нему очень близко и встретилась с ним взглядом.
– Я не такой. Его янтарные глаза притягивали меня. В их глубине таилось так много темного и жестокого, и все же я больше не ненавидела его.
Как я могла допустить, чтобы это случилось?
– Что с нами происходит? – тихо спросила я.
Гроул нахмурился.
– Кто я для тебя?
– Ты моя, – просто сказал он.
Его собственность? Его дар? Только это или нечто большее?
Это не имело значения. Как только я окажусь в Нью-Йорке, у нас не будет будущего. Я бы не осталась с Гроулом. Я не могла, не могла так поступить с мамой и моей сестрой. Они бы не поняли, да и как они могли понять, когда даже я не знала, как это произошло.
ГРОУЛ
– Я позабочусь о твоих собаках, если ты этого хочешь, – сказала Кара.
