Нас преследовали две машины, но в конце концов нам удалось от них оторваться. Гроул вел машину к пустующему заводу, где они с Мино договорились встретиться. Когда мы приехали, пикап уже был там, а Мино курил сигарету. Я нигде не видела матери.
Талия подняла голову, когда мы остановились, ее лицо было заплаканным и испуганным.
– Что происходит?
– Мы уезжаем, – сказала я ей, поглаживая ее по волосам. Она больше не задавала вопросов. Я могла бы сказать, что она была в шоке. Мы вышли из машины, и Гроул открыл багажник, чтобы Бандит и Коко могли выпрыгнуть. Я должна была поддержать Талию. Она слишком сильно дрожала и с трудом переставляла ноги. У Гроула тоже были проблемы. Его хромота усилилась. Он заметил мой пристальный взгляд и пожал плечами, как будто это ничего не значило. Я ему не поверила, понимая, что ему должно быть очень больно.
– Почему ты так долго? – спросил Мино, а затем тоже заметил, что Гроул хромает, и на его лице отразилось беспокойство. – За вами следили?
– Возможно. Давай поторопимся, – сказал Гроул. Едва он произнес эти слова, как из-за угла вывернула машина и помчалась в нашу сторону. – Забирай собак и девочек, я их остановлю!
– Что? – закричала я, но Гроул уже вытащил пистолет и выстрелил в машину, которая резко затормозила. Из нее выскочило четверо парней, а вторая машина пронеслась мимо. Гроул быстро прицелился по колесам, и ему удалось пробить одно из них. Машина резко развернулась и остановилась.
– А теперь быстро! – закричал Мино, дергая меня.
– Кара, – захныкала Талия. Она умоляюще посмотрела на меня, и это заставило меня пошевеливаться. Мы с Мино подхватили ее и потащили к пикапу. Мама была на заднем сиденье, и когда Мино отпер машину, я поняла, почему она не вышла, чтобы помочь нам. Он запер ее здесь. Вероятно, по уважительной причине. Талия села на заднее сиденье рядом с мамой, но я хотел вернуться к Гроулу.
Мино схватил меня и силой запихнул на заднее сиденье, где уже сидели мама и сестра, затем захлопнул дверь. Он сел за руль и заблокировал двери, чтобы я не могла выбраться наружу.
– Что вы делаете? – закричала я, наблюдая, как Гроул сражается с несколькими мужчинами. Он прятался за своей машиной и стрелял в них. Но как долго он сможет продержаться?
– Выпустите меня!
Мино проигнорировал мои крики. Он нажал на газ, и машина тронулась с места.
ГРОУЛ
Я наблюдал, как отъезжает машина, как исчезает из моей жизни Кара. Я, вероятно, никогда больше ее не увижу, и это было к лучшему. Она будет счастливее без меня.
Я всадил нож в следующего нападавшего и дважды выстрелил в мелькнувшую слева от меня машину. Может быть, я сегодня умру, но моя смерть будет не напрасной.
И если мне суждено сейчас умереть, мои последние мысли будут о Каре, о том, как мне было хорошо с ней, как я люблю ее нежную кожу, ее красивое лицо, ее запах и вкус. Лишь бы ей удалось начать все заново.
КАРА
Я ударила кулаками по окну, не обращая внимания на тупую боль. – Выпустите меня! – закричала я еще громче. Но Мино втопил педаль газа в пол.
Я прижалась к стеклу. Гроула окружили люди Фальконе. Даже такой боец, как он, не смог бы выстоять против такого количества противников.
Я закричала:
– Пожалуйста, мы должны помочь ему!
Мино покачал головой.
– У меня строгий приказ забрать вас отсюда.
– Но человек, который отдавал вам приказы, скоро умрет, если мы ему не поможем!
– Даже если и так. Обещание должно быть исполнено.
Я откинулась на спинку сиденья. Мы были уже слишком далеко. Я больше не видела Гроула. Он столько пережил! Он не мог умереть!.
– Кара? – раздался мягкий мамин голос, и я поняла, что совершенно позабыла о ней и Талии. Я повернулась к ним. На лице матери промелькнуло замешательство. Я выдала свои чувства, но меня это мало беспокоило.
Я взглянула на Талию. Она смотрела на свои руки, которые безвольно лежали у нее на коленях. Я взяла ее ладонь, но она никак не отреагировала.
– Скоро мы будем в безопасности.
Я не знала, через что она прошла за эти два месяца, что я не видела ее. Она похудела, но казалась физически невредимой, но это ничего не значило.
Мама обняла мою сестру, но не сводила с меня глаз.
– Почему этот человек помог нам?
– Полагаю, он чувствовал себя виноватым за то, что сделал, и хотел искупить свою вину, – ответила я.
Мать поджала губы.
– Этому человеку не известно чувство вины. Он чудовище. Он был самым жестоким убийцей Фальконе в течение стольких лет. В нем не могло остаться ничего человеческого.
Я не могла этого отрицать. Гроул был жестоким. Он был убийцей. Он совершил слишком много ужасных поступков. Я никак не могла объяснить маме свои чувства, потому что сама их не понимала.
– Я слышал о вас с Гроулом, – заговорил Мино. – Как Фальконе подарил
Он с любопытством наблюдал за мной через зеркало заднего вида. Я никак не отреагировала на его слова. Это был далеко не вопрос.
Мать побледнела при упоминании об отце, но промолчала.
