— Александр, ты бы сыграл нам что-нибудь, — Павел решил отвлечь сына от его… греховных мыслей.
— Зачем портить такой чудесный вечер?
— И правда, Александр Дмитриевич, покажите нам свои таланты, — попросила графиня.
— Таланты? — засмеялся Александр. — Наталья Николаевна, природа на мне отдыхает, во мне нет талантов, наверное, я пошел в свою матушку, Елизавету Алексеевну, а не в Ливенов.
— Ну будет тебе прибедняться, Саша, играешь ты не блестяще, но вполне прилично, лучше, чем многие другие молодые люди.
— Ах, спасибо, утешили, Павел Александрович, — усмехнулся Александр. — Так что Вам сыграть?
— «Сказки Венского леса», — попросил Павел.
Он подошел к Анне, а не к графине:
— Сударыня, разрешите пригласить Вас?
Анна разрешила, но во время вальса спросила:
— Павел, зачем ты так с Натальей Николаевной? Почему не пригласил сначала ее?
У него на это была причина — показать Саше, что в их обществе был еще один мужчина… у которого на Анну было… больше прав, чем у него самого…
— У графини будет следующий танец.
Павел вальсировал замечательно, он умело вел Анну, и она даже ни разу не сбилась. Танцевать с Его Сиятельством сейчас было еще лучше, чем под его «мурлыканье», хотя и тогда это было прекрасно. Александр играл чисто, но не так вдохновенно как Павел, Анна услышала разницу. Видимо, и Павлу его исполнение вальса не показалось впечатляющим.
— Саша, а какой вальс ты бы хотел станцевать с Натальей Николаевной?
«Вот это да, Павел по сути дела навязал графиню Александру, а тому отказаться от танца с Натальей Николаевной не было никакой возможности, это было бы верхом неприличия».
— Тоже какой-нибудь Штрауса, если Вы не против, Наталья Николаевна.
— С большой радостью.
Александр танцевал лучше, чем играл. И Наталья Николаевна получала удовольствие от танца с таким партнером.
— Хорошо смотрятся, правда? Красивая пара, — шепнул Павел, стоявшей возле него Анне.
— Ты что? Она же его на двадцать лет старше…
— Аня, в танцах возраст совсем не главное, — улыбнулся Ливен. — Главное, чтоб они подходили друг другу. А эти подходят.
Анна подумала, что графиня все же больше подходила Павлу Александровичу, в том числе и как партнерша по танцам.
— Cherie, теперь моя очередь быть Вашим кавалером. Александр, сыграй что-нибудь на свой вкус… А мы с графиней… подстроимся.
Саша ухмыльнулся — такой же ухмылкой, какую Анна видела на лице Павла десятки раз, и начал играть… Марш Мендельсона.
«Вот негодник!» — подумал Павел.
— Александр Дмитриевич!
— Что? — невинными глазами посмотрел Саша на Павла. — Ты сам сказал, на мой вкус… а вы подстроитесь…
— Ну вообще-то я имел в виду что-то вроде мазурки Шопена, которая тебе по душе…
Александр больше не проказничал и сыграл мазурку, которую любил, с гораздо большим чувством, чем вальс Штрауса до этого. Анне очень понравилось, как танцевали князь и графиня. Она снова представила их на балу в Светлой Галерее Екатерининского дворца, где они без сомнения были бы одной из самых красивых пар…
Теперь была очередь Александра пригласить Анну Викторовну.
— Павел, сыграй для нас арию Орловского.
Павел стал играть и споткнулся не менее пяти-шести раз, чем нарушил все очарование танца Александра и Анны.
— Павел, да что с тобой?
— Ноты, наверное, нужно было взять… Память что-то стала подводить, — вздохнул Ливен-старший, который не далее как пару дней назад не только играл, но и пел эту арию наизусть, без всяких огрехов. — Виноват… Быть может, перейдем просто к музыке? Александр, не желаешь сыграть в четыре руки?
— Что?
— Например, сороковую симфонию Моцарта?
— А ноты у тебя есть? А то ведь тоже поди забыл… — съязвил Александр.
— Нет, ее я помню. Так что?
— Почему бы нет?
Это исполнение было, пожалуй, лучшим за весь вечер. Было видно, что и Павел, и Александр получали огромное удовольствие от игры, они переглядывались и улыбались — причем Анне казалось, что в эти моменты один был отражением другого. Саша не так сильно походил на Павла чертами лица, как мимикой — в этом он был просто его копией… По окончании выступления дуэта Ливенов Наталья Николаевна с Анной наградили их аплодисментами. Оба исполнителя были воодушевлены реакцией слушательниц.
— Может, что-нибудь еще?
— «Венгерское рондо» Гайдна? У меня связаны с ним такие хорошие воспоминания… Ты тогда приезжал к нам в имение надолго, недели на две. И сам учил меня играть. В том числе и это рондо.
— Помню, мой родной. Как я могу забыть? — улыбнулся Павел. — Ты тогда специально делал ошибки, чтоб я дольше сидел с тобой…
— Ты… знал??
— Саша, конечно, я знал, — улыбнулся Павел еще раз. — Ты не мог делать столько ошибок в такой простой пьесе.
«Как же Павел любит сына, а Саша любит его, оба помнят такие незначительные моменты из своего прошлого, — подумала Анна. — Как хорошо, что Саша все-таки узнал, что Павел - его настоящий отец…»
Рондо, сыгранное Ливенами в четыре руки, дамам понравилось не меньше.
— Думаю, вечер стоит завершить чем-нибудь спокойным… меланхолическим… Перед сном грядущим… — предложил Саша.
— Могу исполнить твою любимую колыбельную, — посмотрел Павел на своего взрослого сына.
