Анна поблагодарила его и пошла по коридору. Она хотела постучать в указанную офицером дверь, но дверь открылась, и она почти столкнулась с очень высоким крепким бородатым мужчиной, одетым весьма непрезентабельно — в простую рубашку с шитьем и далеко не новые брюки, заправленные в кирзовые сапоги. Анне его внешность показалась знакомой, хотя она не представляла, где могла его видеть.
— Вы куда, барышня? — спросил великан.
— Я… я к Его Сиятельству, подполковнику Ливену. Я его племянница, Анна Викторовна Штольман. Мне очень нужно его увидеть. Это безотлагательное дело, особой важности, — сказала она.
— Ну раз безотлагательное, проходите, — мужчина придержал дверь.
— Анна Викторовна, это еще что такое?? Кто Вам позволил являться ко мне на службу?? — строго спросил стоявший у окна подполковник Ливен. Не Павел.
Мужчина, тихо зашедший за Анной в кабинет, сделал подполковнику едва заметный знак. Тот так же едва заметно кивнул.
— Я извиняюсь… Я не думала, что меня пропустят во дворец… Павел Александрович, я надеялась, что Вам передадут, что я хотела Вас видеть, и Вы сможете выйти и поговорить со мной. А меня провели внутрь… Это действительно срочно. Очень срочно. Я не могла ждать, пока Вы вернетесь домой. Я… видела, кто убил второго человека. Это был садовник. Этот человек угрожал его сдать, видимо, властям, и Кузьма пырнул его ножом, он был у него в левой руке, и сам поранился о него… Я это хорошо видела… Я не хочу, чтоб Мелентьев подозревал Вас в убийстве и этого второго… Но я не знаю, как доказать ему, что-то, что я видела, это правда…
— Весьма впечатляет… Но Мелентьеву уже ничего доказывать не нужно, — раздалось у Анны за спиной. — Дело передано в уездное управление полиции. И Ваш дядя уже не является подозреваемым… И как это у Вас получается — видеть подобное?
Анна обернулась:
— Я и сама не знаю. Эти видения ко мне приходят, и все.
— А Варфоломеев мне говорил, что Вы умеете с духами разговаривать…
— Раньше разговаривала… А потом у меня… способность видеть духов совсем пропала. И вот теперь понемногу возвращается. Но разговаривать с ними так, как раньше, я пока не могу. Я больше вижу что-то… Ну вроде бы как сны… — призналась она.
— Вы по этой причине отказались принять его предложение? — спросил мужчина.
— И по этой тоже, — не стала вдаваться в подробности Анна.
— А если бы Ваш дар полностью вернулся, Вы бы хотели использовать его на благо Отечества?
— Я… не знаю… Я даже не представляю, чем мой дар мог бы помочь Отечеству…
— Ну это бы мы потом с Вами обсудили… уже более обстоятельно… А Вы как считаете, Павел Александрович?
— Ваше Императорское Величество, у меня на этот счет пока нет определенного мнения… — уклончиво ответил Ливен.
Ваше Императорское Величество? Ваше Императорское Величество?? Сам Император???
У Анны подкосились ноги. Как она могла не узнать Императора, если видела его на портретах сотни раз?? Хотя на портретах он был другой — такой… величественный, как и положено быть Императору.
— Вы все же подумайте, Анна Викторовна.
— Я подумаю, Ваше Императорское Величество, — пообещала Анна.
— Павел Александрович, Вы на сегодня можете быть свободны. Отвлекитесь немного от забот, сходите с племянницей на прогулку, вон какая погода хорошая…
Император вышел.
— Павел, дай мне воды…
— Аня! Аня! — Ливен помог Анне сесть на стул и налил стакан воды из графина на подоконнике.
Анна торопливыми глотками выпила воду.
— Я не узнала Императора… какой позор… какой ужас…
— Аня, не ты первая и не ты последняя, — засмеялся помощник заместителя охраны Государя.
— Как думаешь, он понял это?
— Если и понял, то не подал вида.
Ливен припомнил пару курьезных случаев, связанных с такими же ситуациями, в которой оказалась Анна. Но зачем ей знать о них?
— Ты посиди немного успокойся, а потом я проведу тебя по дворцу, где можно, и мы прогуляемся в парке.
Анна кивнула.
— Только до этого тебе нужно привести себя в порядок…
— В порядок, а что со мной не так?
Ливен открыл дверцу шкафа, стоявшего рядом с двумя большими металлическими сейфами. В нем было зеркало. Анна тут же поднялась посмотреться в него. И снова запричитала:
— Какой ужас! Какой позор! Предстать перед Императором в таком виде! — волосы у нее растрепались, шляпка сбилась. — Что же он обо мне подумал?
— Только то, что ты очень торопилась, чтоб сообщить мне важные новости… Но поскольку мы с тобой пойдем гулять и можем встретить немало людей, тебе все же лучше причесаться… Или у тебя снова с собой нет расчески? Этак ты у меня все расчески перетаскаешь, — хотел подразнить Анну Ливен.
— Я… в спешке сумочку… дома оставила… а не в экипаже, — призналась Анна.
— Горе ты мое, — уже в который раз сказал Ливен, вытащив свой костяной гребешок из кармана.
Анна стала снимать перчатку, и не заметив, что кольцо Ливенов зацепилось за ткань, порвала ее:
— Ну вот, — расстроилась она, — как я теперь без перчаток? Не идти же на прогулку в дырявых…
