— Анюшка, родная моя, прости… я не хотел… — он тут же убрал свои руки. — Я… я за тебя… так боюсь… так боюсь… Еще раз прости, — он взял руку Анны с перстнем Ливенов, осторожно сжал, подержал недолго, поцеловал ее ладонь и поднял глаза, в которых Анна увидела настоящее раскаяние, а не просто формальное извинение. На самом деле ей не было больно, просто она не ожидала, что Павел так себя поведет. Но и его, кажется, тоже можно было понять…
— Я тебе сказала правду, что больше ничего не видела. Просто после того, как Кузьма говорил гадости, и ты приказал высечь его, я очень расстроилась… Слуги же не знали, что я сама слышала все те грязные слова… Они подумали, что я так распереживалась из-за жестокой сцены, что увидела… И пытались оправдать твое… распоряжение… Говорили, что Кузьма давно такого заслуживал, что если б услышали, что он говорил дурные слова про меня или Якова, сами бы с ним расправились… Думаешь, они на самом деле бы так поступили?
— Думаю, что да… А причем здесь… про язык?
— Так они все говорили… что ему его поганый язык надо отрезать, укоротить…
— Аня, кто все??
— Матвей, Трофим, Демьян… Неужели кто-то из них мог совершить такое?
— Аня, это только слова… сказанные от переизбытка эмоций… Кроме того, их слова мог слышать кто угодно… и запомнить их… Что касается Демьяна и Трофима… они знают… как убрать человека… по-тихому… Про Матвея ничего сказать не могу… Но не представляю, чтоб кто-то из них решил отрезать голову… и язык…
— А Демьян и Трофим — они помимо всего прочего еще и… твои охранники?
— Да, это так, — не стал скрывать Ливен. — Они многое могут и умеют, чтоб… если что… помочь Его Сиятельству справиться с нападающими…
— А такое было? Только честно.
— Да было, два раза за все годы…
— Паули, я за тебя так боюсь, так боюсь… — Анна взяла Павла за руку.
— Анюшка, ну что ты… И тогда все обошлось… и если подобное, не дай Бог, еще случится, тоже обойдется… С тремя вооруженными, обученными мужчинами не так легко справиться… даже с двумя… Тебе не о чем беспокоиться… Поедем домой, девочка моя.
Оказалось, что Трофима Его Сиятельство давно отпустил, и им предстояло ехать домой в княжеском кабриолете. Когда через полчаса кабриолет остановился около дома, Ливен помог Анне сойти с него, а затем на что-то нажал, и сидение, на котором они только что сидели, поднялось, обнажив металлическую конструкцию… с вмонтированным в нее сейфом. Ливен открыл его и достал из него пакет.
— Как в карете? — спросила Анна
— Да, как в карете… И некоторых других экипажах… Аня, скоро обед, надеюсь, что Харитон приготовил что-нибудь вкусное… Хотя от длительной прогулки я проголодался как волк и готов съесть что угодно…
Графиня, услышав голоса, выглянула из малой гостиной:
— Павел Александрович! Анна Викторовна! Что происходит? Приезжал какой-то Никольский, представился следователем уездного управления полиции. А я и знать не знаю, о чем речь… Спросил меня, где я была вчера и сегодня, я сказала что уезжала в гости, уехала вчера утром и вернулась незадолго до того, как появился он сам… Он сказал, что вопросов ко мне больше не имеет… И даже не счел нужным пояснить, зачем приезжал…
— Наталья Николаевна, за время Вашего отсутствия случилось… кое-что нехорошее… Один из садовников был высечен розгами по моему приказу и выгнан из усадьбы. А ночью его тело нашли недалеко от Александровского сада.
— Сколько я пропустила… И как же его убили? — спросила из любопытства Наталья Николаевна.
— Да голову садовыми ножницами пытались отрезать, — не подумав, сказала Анна.
— Что?? — впечатлительная графиня побледнела, покачнулась, и Ливен успел подхватить ее до того, как она стала оседать на пол. А затем помог ей сесть в ближайшее кресло:
— Наталья Николаевна, Вы в порядке?
Графиня кивнула.
— Матвей, вина Ее Сиятельству! И найди Марфу!
Дворецкий поспешил исполнять распоряжения князя.
— Ох Аня, Аня… — покачал Павел головой.
— Я же не специально… — пробормотала она.
Матвей принес графине бокал вина, после нескольких глотков бледность на ее лице стала пропадать, и она спросила:
— Анна Викторовна, это правда?
— К сожалению, да, — ответил за Анну Павел. — Но, как Вы, Наталья Николаевна, уже поняли, следователь с Вами об этом беседовать не собирается, так что Вам переживать не о чем… Вы в состоянии будете пообедать с нами? Или же Марфе потом принести Вам что-нибудь?
— Нет, я присоединюсь к обеду… Он ведь не прямо сейчас?
— Нет, я рассчитывал, что накрывать будут где-то через полчаса.
Матвей появился с Марфой, и князь тут же отдал новое распоряжение:
— Демьяна ко мне в кабинет. Срочно.
Затем снова посмотрел на графиню:
— Наталья Николаевна, я могу отлучиться на несколько минут? С Вами останутся Анна Викторовна и Марфа.
— Да, конечно.
