Стоило мне на мгновение прикрыть глаза, и я уже прочно стояла на земле, оглушенная и обескураженная таким естественным невероятным видением. Рядом со мной стояли все остальные, такие же растерянные, озирающиеся по сторонам. Хиины не было, словно ее никогда и не существовало. От призрака остались только отпечатавшееся на веках видение и тихий шепот гуляющего вокруг ветра:
- Это напутствие, – шелестели листья, – не сворачивайте с намеченного пути, и вы сможете все.
Ветер взметнулся, мазнул по щеке и растрепал волосы, невесомо поцеловал в макушку, закружился вокруг неистовым вихрем и пропал. Ничто больше не напоминало о его существовании, кроме наших обалдевших лиц и бегающих глаз. Все, кто доселе не видел Хиину, выглядели потерянными, запутавшимися в собственных мыслях. Суюки рывком опустилась на землю, потерла глаза и расхохоталась. Немного нервно и в то же время облегченно, она смеялась заливисто, совсем как ребенок, еще не познавший взрослой жизни и взрослых проблем. Непонимание откликнулось внутри, полыхнуло в груди и вырвалось наружу таким же смехом. Не знаю, был ли это смех облегчения или всего лишь нервные смешки перед тяжелой битвой, так или иначе вместе со смехом наружу вырывались и тревоги, и страхи, и дурные предчувствия. Они уходили, рассыпались в пыль, а их место занимали спокойствие, уверенность и гармония.
Не знаю, когда смеялись уже все, смех просто наполнял воздух, отражался от стен и взмывал вверх, растекаясь по небу вместе с яркими красками выплывающего из-за горизонта солнца. Оно светило нам вслед, когда мы шли к лесу, и освещало наш путь, когда мы летели вперед, оседлав огромного летающего зубра.
На подступах к столице страны Огня нас ждала армия. Огромное войско расположилось в тени обширных лесов, и его едва ли можно было заметить, если просто проходить мимо. Сверху это смотрелось чрезвычайно: зеленые кроны перемешивались с черными латами солдат, всевозможными пушками и даже несколькими небольшими дирижаблями. Я понимала, что по сравнению с войском Озая это просто кучка песка в пустыне, но все равно от количества людей захватывало дух. Несмотря на это в лагере было на удивление тихо: шелест леса полностью скрывал передвижение и переговоры людей, создавая иллюзию полнейшего молчания.
Нас заметили, едва мы пересекли линию горизонта, так что приземление Аппы сопровождалось приветственными криками и свистом. Большинство людей не оторвались от своих дел, но некоторые из них собрались в кучки и с интересом разглядывали диковинное животное и не менее диковинных людей. Больше всего внимания досталось конечно Аангу, но не обделили и остальных. Некоторые солдаты подходили к Зуко и вежливо приветствовали его или кланялись, что-то говорили, даже советовались; многие, очевидно, признавали его как потенциального правителя страны Огня. Меня почему-то сторонились, а кое-кто показывал пальцем и громко шушукался. Они все говорили что-то о ведьме и врачевательнице и то и дело произносили мое «другое» имя. Другое, в смысле то, что дала мне Милиэ в стране Земли, кажется, уже целую вечность назад.
Расталкивая развеселившихся солдат, к нам протиснулся Айро. Он выглядел как-то иначе, хотя на первый взгляд в нем ничего не изменилось. Однако воинственная аура как будто окутала его с ног до головы, он больше не выглядел как раздобревший старик, а стал в самом деле походить на генерала, готового рвать глотки за свою страну. Айро протиснулся в стихийно образовавшийся вокруг прибывших нас кружок и растянул губы в приветственной и слегка лукавой улыбке. Он окинул всех по очереди пронзительным сканирующим взглядом, сделал единственный шаг вперед и крепко стиснул Зуко в объятиях. Толпа разразилась свистом и улюлюканьем, парень покраснел, но его дядя даже не дернулся на попытки племянника вырваться. Он только дождался, когда Зуко похлопает его по спине, смущенно принимая объятие, отодвинул его от себя, крепко схватив за плечи, и заглянул в лицо. Что-то там для себя найдя, старик довольно усмехнулся и в мгновение ока стиснул в медвежьей хватке уже меня.
- Я рад, что вы в порядке, дети мои, – торжественно изрек он и отступил на шаг назад, снова оглядывая всю нашу разношерстную компанию.
