У Юли в этот момент в голове как будто что-то стукнуло – маленький медный молоточек.
– Простите, простите, – тихо повторяла она.
– Извинения не приняты! – членораздельно заявила клиентка так, чтобы все слышали и бросилась из салона прочь. – Я буду жаловаться вашему начальству!
После обеда Юлю вызвал Юрий Петрович, спросил, как она себя чувствует, рассказал про недовольную клиентку. Юля пожаловалась на сезонное недомогание, мол, так и так, витаминов, наверное, не хватает, слабость, пообещала больше есть.
– Вы уже достаточно похудели. Я бы сказал, совсем отощали. Вас это не портит, даже идет, но немного прибавить не помешает. И чувствовать себя будете лучше, – сказал Юрий Петрович.
Юля насильно впихивала в себя еду, аппетит пропал совсем, во рту пересыхало, постоянно хотелось пить. От сухости во рту и ощущения тремора Юля не могла кусок курицы разжевать, у нее челюсть сводило, мясо прилипало к нёбу, застревало в горле. Только суп вливался в глотку без проблем, и то Юля частенько норовила поперхнуться. По вечерам она не могла удержаться – перечитывала письмо Артемки, вспоминала секунду за секундой их последний день вместе. Вспоминала, как ругали Артемку за Лизу, вспоминала, как разъярились школьные мамаши, а потом раз – и наступило утро, когда Артемка пропал: она тогда еще кофе успела отхлебнуть.
Юля больше не плакала. Теперь ее мучило уже не то, что Артемка сбежал из дома, не то, что нашел новых людей, которые интересовали его больше мамы с бабушкой, больше омерзительной школы, омерзительных одноклассников, омерзительных учителей, омерзительного М., ее мучило не то, что сын хотел исчезнуть и скрыться – как раз это она могла понять. Она не могла понять новых слов, новых оборотов, новых выражений. Он ведь ничего не понимал в политике. Все, что знала сама Юля, – имя президента. Она даже не знала, кто у нее в стране министр, например, образования. И Артемка не знал. Она была уверена, что Артемка тоже ничего не знал и знать не хотел. Он смотрел по телевизору мультики, фильмы, играл в компьютерные игры. Он любил озеро, лес, горы, холмы, любил бабушку и маму. Это и была его страна: мама, бабушка, деревья, цветы, насекомые, травы, небо над головой. Он все это любил. «Он добрый мальчик, добрый мальчик, он добрый мальчик…» – нашептывала Юля в подушку, задыхаясь и пряча лицо в наволочку, чтобы ни единая душа на свете ее не услышала, не увидела, не узнала про беду.
Потом Юля вытирала слезы и начинала думать о том, что Мишка прав и надо попробовать Артемку обмануть. Но для этого действительно нужна была подготовка. Юля решила искать в интернете все плохое, что пишут о России. А иначе как поймешь, от чего ее надо спасать? Юля набрала в поисковике: «Что плохого говорят о России?» Открыла первую ссылку. Там разные люди рассказывали о том, что слышали о России за границей: пьют много водки, холодно, талантливые гимнасты, фигуристы, шахматисты, агрессия на Украине. Юля полистала комментарии – большинство упоминали эту самую агрессию. И этот пункт казался самым серьезным наряду с водкой и морозом. Тогда Юля набрала в поисковике «Агрессия России на Украине», выпала ссылка на какую-то энциклопедию. Юля открыла и стала читать. Было ужасно скучно и непонятно. Но это не самое неприятное. Вчитавшись, Юля совершенно разочаровалась в статье, поскольку из нее следовало, что Украина воюет сама с собой. А русские тут вообще не особо виноваты. Взяли Крым, который им исторически принадлежал, и все. Юля покраснела от напряжения и решила сформулировать вопрос более умно. Написала коротко: «Критика российской политики». Первая ссылка заинтриговала: «Пять критиков президента, которые убиты или умерли при загадочных обстоятельствах». В статье приводилось пять примеров. То есть журналист утверждал, что пять человек могли быть убиты из-за критики в адрес президента. «Ладно, – подумала Юля, – это можно как-нибудь использовать. Но этого мало». Юля по очереди открывала одну ссылку за другой, но вместо критики на нее сыпались статьи, критикующие критику: «Все кому не лень критикуют Россию…», «Критики российской власти отмывают бабки…», «Критика российской власти и беспочвенные обвинения…»
– И как мне подготовиться, если даже в интернете я не нахожу нормальных, понятных ругательных статей о России? – допекала Юля Мишку по телефону.
– Ну-у-у… Если ничего не находишь, придумай сама.
– Что придумать?
– Подумай и скажи, что в жизни плохо, – неуверенно, но бодро сказал Мишка.
– Ну, бедность.
– Хорошо! Еще?
– Ну… медицина. Лекарств нет. И врачей толковых.
– Во-от! Молодец!
Похвала подействовала на Юлю благотворно, и она с готовностью выпалила:
– Сантехники!
– Какие сантехники? – не понял Мишка.
– Ну… они все ужасно выглядят и алкаши.
– И что?
– Я смотрела один американский сериал, там у главной героини муж был сантехник. Красавец просто! И зарабатывал очень неплохо. Наверное, в Америке все сантехники такие. А у нас… нет.
– Так… ладно. Про сантехника не надо. Вот очень хорошо было про медицину, про бедность и что там еще?
