Я смеюсь. Глухо, низко, зло. Потом врезаю кулаком в стену так, что боль отзывается по костям. Это не ревность. Это не обида. Это просто выход для всего дерьма, которое сидело во мне.
— Да пошла ты, — бросаю я холодно. И впервые осознаю, что мне плевать.
Раньше я думал, что она хоть как-то мне нужна. Что с ней можно отвлечься, забыться. Но, черт возьми, даже сейчас, когда я вижу ее в этом жалком халате, я понимаю, что мне просто плевать. Ничего не чувствую. Ни ревности, ни обиды. Просто… пустота.
— Забудь мой номер, — добавляю напоследок, разворачиваюсь и ухожу, даже не оглядываюсь. Спускаюсь по лестнице и почти вываливаюсь на улицу.
Свежий морозный воздух ударяет в лицо, пока я просто иду вперед, не разбирая дороги. Голова гудит, но мысли снова возвращаются к одной блондинке. Черт бы ее побрал. Сука. Ненавижу, что она занимает столько места в моей чертовой голове.
Беру таблетку обезболивающего, закидываю в рот, даже не запивая водой. Капюшон натягиваю на голову, пытаясь спрятаться от всего мира. Но это не помогает. Снежок все еще там. Внутри. Все так же бесит. А еще больше раздражает наличие этого напыщенного Рафаэля в ее периметре. Это сводит с ума.
Иду к своим парнями. Может хоть в их компании удастся выдохнуть. Разжать пружину, что сдавила все внутренности.
Подхожу к интернату. Сначала не замечаю, но потом…
— Вон он, — слышу тихий голос у самых ворот.
— А говорили, не придет, — второй голос, более низкий, с оттенком насмешки.
Поднимаю голову и сразу встречаюсь взглядом с уродом из клуба. Грудь заполняет холодная ярость. Наконец-то можно будет выпустить своих демонов.
— Ну здравствуй, — скалится он. — Поговорим по-мужски?
***
Кто еще не видел, МОЯ НОВИНКА! Присоединяйтесь!Будешь моей, Должница! https:// /shrt/rrDu
— Ты вообще понимаешь, что натворила?
— Я… я… — девчонка пытается что-то сказать.— Что, платить нечем? — помогаю ей.Резко мотает головой.— Я... я все отдам. Или… или могу отработать, — испуганно шепчет она.Я не могу удержаться от смеха.— Отработать? Серьезно? — Я подхожу ближе, сжимаю подбородок пальцами и смотрю ей прямо в глаза. — Чем ты собралась отрабатывать, Воробушек? На тебя ни у одного мужика не встанет.Бледные губы дрожат, а по щекам расползается румянец.— Ладно, я сегодня добрый, — хмыкаю довольно. — Мы торопимся. Будешь моей должницей— Должницей? — переспрашивает тихо, словно пробует слово на вкус.— Именно. До встречи, Воробушек, — расплываюсь в ехидной ухмылке. — В следующий раз не отвертишься.Кайрат
Я молчу. Оцениваю их. Углы зрения, расстояние между ними. Один массивный, с тяжелым подбородком, явно любит силовые удары. Второй — пониже, сухощавый, быстрый, скорее всего, попробует зайти с боку.
Внутри закипает. После всего этого чертового дня мне нужно выплеснуть злость. После Стеллы, после Рафаэля после того, как все внутри рвется от ненависти к самому себе.
Я делаю шаг ближе, позволяя улыбке скользнуть по губам.
— Что, пацаны, не терпелось? — голос звучит лениво, почти безразлично. — Вам мало было в прошлый раз?
— В прошлый раз? — первый ухмыляется, сплевывая на землю. — В прошлый раз мы просто разогревались. Сейчас — посмотрим, на что ты способен.
— Даже не сомневаюсь, — ухмыляюсь я. — Только одно уточнение: вы тут по доброй воле или как шестерки?
Главный из них усмехается:
— Босс передавал привет. Говорит, у тебя контракт. А ты не вышел на бой. Теперь должен деньги.
Я напрягаюсь. Сказал же, что не готов, но кого это интересует. В боях без правил все просто — ты не человек, а материал. Челюсть сжимается, пальцы хрустят в кулаках. Ну, конечно. Конечно, они не оставят меня в покое. Глупо было надеяться.
Слова не успевают уложиться в воздухе, как первый делает выпад, стремительно тянется ко мне, пытаясь схватить за плечо. Я дергаюсь в сторону, резко уходя с линии атаки. Рука сжата в кулак, инстинкты срабатывают раньше, чем мысль — первый удар точно попадает в челюсть противника. Хруст. Парень отшатывается, хватаясь за лицо.
— Да ты быстрый, — шипит он, сплевывая кровь. — Но давай посмотрим, как долго продержишься.
Едва я успеваю сделать шаг назад, как второй прыгает ко мне сбоку. Узкий, ловкий, бьет без замаха, сразу в ребра. Вспышка боли разрывает грудь, будто раскаленный металл пронзает бок. Я сжимаю зубы, не издавая ни звука, не давая ни секунды удовлетворения.
— Держится, — ухмыляется тот, что поменьше. — Но давай еще разок, чтобы он знал, кто к нему пришел.
Я выпрямляюсь, смахиваю кровь с губы и смотрю прямо на них. Внутри гремит злость, тело протестует от каждого движения, но я не собираюсь останавливаться.
— Ну давай, — говорю хрипло, вытирая ладонью подбородок. — Посмотрим, кто первый упадет.
Злость выходит из-под контроля и ослепляет. Я делаю шаг вперед, но тут же чувствую новый удар — снизу, в живот. Резкая боль заставляет согнуться, но я перехватываю руку, пытаясь развернуть противника. Ошибка. Кто-то со спины резко толкает меня вперед, и я падаю на колени.
