— Внешне ты подходишь для этой работы. С остальным разберемся в процессе. Веди себя нормально, не быкуй. Все мы борзые в таком возрасте, но надо отличать ринг, драка с пацанами и работа. Усвоил?
Я молча киваю. Не идиот, а Илай не тот, кому нужно что-то доказывать словами.
— Если накосячишь, вылетишь без разговоров и обид. Но если нормально будешь работать не обижу. Деньги приличные. Справишься?
— Да, — уверенно говорю. Мне нужна эта работа.
Илай криво усмехается:
— Вот и отлично. Завтра в девять вечера будь тут. Придешь пораньше парни покажут, что у нас и как.
Я пожимаю его ладонь, но не спешу отпускать. Илай вопросительно изгибает бровь.
— Слушай... — говорю, понизив голос. — Мне бы аванс. Хоть немного. Очень надо, у меня семья… Я отработаю все до копейки.
Он прищуривается. Пауза затягивается.
— Губа не дура, — смеется Илай, отпускает руку и открывает один из ящиков. — Ладно. Только потому, что тренер за тебя поручился.
Достает из ящика конверт, кидает на стол.
— Не облажайся.
Я беру деньги, смотрю ему в глаза.
— Не подведу.
После встречи выхожу на улицу и вижу тренера. Его тачка стоит недалеко от клуба. А сам он ждет меня, прислонившись к крылу.
— Ну как? — спрашивает он, без лишних приветствий.
— Взяли. На испытательный срок. Смены ночные. Аванс дали.
— Нормально, — ободряюще хлопает меня по спине. — Рад за тебя.
— Я тоже, — усмехаюсь довольно. — Еще с жильем бы теперь что-то решить. Хоть убитую студию. Неважно.
Антон Сергеевич на секунду замолкает, потом выдыхает:
— Нянчусь с тобой, как со своим сыном.
Я лишь широко улыбаюсь. От такого отца не отказался бы.
— Ладно, кончай сверкать, решим что-нибудь. Но халявы не будет.
— Понял, — коротко отвечаю.
— Есть у меня один человек... сдавал свою халупу. Поехали, посмотрим.
— Спасибо.
— Не мне. Себе спасибо скажешь, если вытянешь.
Спустя полчаса подъезжаем в богом забытое место. Пятиэтажка на окраине, зато в нашем районе. Удобно будет добираться и до интерната, и до репетиций Снежку.
Хозяин квартиры встречает нас у подъезда. Смотрит внимательно, словно изучает.
— Это ты, что ль, квартиру хочешь?
— Что не так? — взволнованно веду плечами.
— Молодой больно, — он смотрит на тренера.
— Зубы не заговаривай. Показывай жилплощадь, — отвечает Антон Сергеевич.
Поднимаемся на третий этаж. Мужчина открывает замок и пропускает нас в помещение. Квартира – дыра. Облезлые обои, сырость, потолок с разводами. Пол скрипит, на кухне пахнет хлоркой, в ванной плесень.
— Если возьмешься, — говорит мужик. — Отдам за коммуналку.
Я осматриваюсь. Да, задница. Но... стены есть, крыша не течет. Если подшаманить, вполне можно жить.
— Мне подойдет, — говорю уверенно. — Главное есть крыша над головой.
Он кивает, жмет руку, вкладывая в нее ключи. Вот и договорились.
Тренер искренне радуется за меня и поддерживает мою идею. Он считает, что я справлюсь. И я тоже хочу в это верить.
Когда возвращаюсь домой, в доме тихо и темно. Неслышно поднимаюсь на второй этаж и сразу в комнату Снежка.
Она спит, свернувшись клубочком под пледом. Щеки румяные, ресницы дрожат. Такая родная. Такая уставшая. Я аккуратно укрываю ее получше, сажусь рядом. Просто смотрю. В груди разливается тепло.
Вот зачем все. Ради нее. И Ахмета.
Он бесшумно входит в комнату. Тихий, как тень. Садится рядом и заикаясь рассказывает про ссору Мэри и Луизы.
Я напрягаюсь и сжимаю кулаки. Челюсть сводит, но я удерживаю ярость внутри.
— Спасибо, что сказал, брат.
Ахмет кивает и забирается на кровать к Мэри. Ложится рядом с ней. Я улыбаюсь и накрываю его тем же пледом. Целую в макушку и достаю телефон.
Открываю общий с пацанами чат. Пишу: «Нужна помощь. Буду делать ремонт. Кто в деле откликнитесь.»
Пару секунд и экран вспыхивает сообщениями:
«Я в деле». «Я тоже с вами» «Да все мы поможем»
Я усмехаюсь. Вот они друзья.
— Я все устрою, — бормочу я, глядя в ночное небо через окно. — У нас будет свой дом.
Просыпаюсь от света и смеха, который доносится из этой же комнаты. Ахмет и Кай сидят на полу у окна, что-то обсуждают и заразительно смеются. Ахмет с набитым ртом, Кай разлохмачивает ему волосы и в этот момент замечает, что я проснулась.
Приподнимаюсь на локтях, волосы падают на лицо. Зеваю и хрипло спрашиваю:
— У вас совесть есть? Сколько времени?
— Самое время вставать, — отвечает Кай, наклоняется и целует меня в висок. — Завтракать и ехать.
— Куда? — щурясь, смотрю на него, все еще не проснувшись.
— Это сюрприз, — ухмыляется он и уходит, а когда возвращается передо мной появляется поднос с завтраком. Каша с ягодами и термокружка.
Недовольно смотрю на Кая.
— Вообще-то я хотела не это, — зачерпываю ложку и плюхаю кашу обратно.
— Не привередничай, — смеется Кай и целует меня в нос.
— Я все съел! Даже не осталось! — доносится голос Ахмета.
Спорить бессмысленно. Берусь снова за ложку и методично жую. Кай, конечно, тот еще кулинар, но съесть приходится все.
— Молодец, а теперь в ванную, — Кай отдает Ахмету мою тарелку, а меня подхватывает на руки и несет в ванную комнату. — У тебя пять минут.
— Ты с ума сошел? — округляю глаза, но дверь захлопывается перед моим носом.
