Но комната вращается, Эмерсон хватает меня за бедра, грубо переворачивая на живот. Шок и запретное возбуждение смешиваются во мне, когда я смотрю на него через плечо. Дикий голод горит в его голубых глазах, когда он стоит на коленях позади меня, позволяя мне почувствовать его огромный член у моего тесного, запрещенного отверстия задницы. На мгновение мне кажется, что знаю, к чему все идет, но он снова удивляет меня.
Заставив меня опереться на локти и колени, Эмерсон проводит пальцами по моей упругой, торчащей попке. Я выгибаю спину, зная, как сильно ему нравится видеть меня дикой от желания. С низким, гортанным рычанием он тянет меня к себе назад, опуская рот на мою киску. Мой рот открывается в изумлении, когда он давит на мою плоть, поставив меня перед собой. Запретное возбуждение все усиливается, и этого более чем достаточно, чтобы совершенно свести меня с ума.
Я наслаждаюсь ощущением его языка, порхающего вдоль моей киски, облизывающего меня сзади. В следующий момент я чувствую кончик языка на моем набухшем, чувствительном клиторе. Я пытаюсь ему сопротивляться, когда он насыщается мной, слизывая каждую каплю моего желания, пока порхает над твердым бутоном. Меня уносит за край блаженства, ослепляя его силой. Мои крики эхом разносятся по небольшой комнате, в то время как Эмерсон в последний раз сильно втягивает мой клитор губами.
Я готова.
Удовлетворенно крича, я мощно кончаю в его жаждущий рот. Мое тело содрогается от силы дикого оргазма, который обрушивается на меня, наполняя жизнью каждое нервное окончание, и заканчивается невероятными ощущениями. Эмерсон пьет меня, не в состоянии насытиться, пока я совсем не выдыхаюсь. Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него, ошеломленная и восхищенная. Все еще вздрагивая от блаженства, я могу думать только об одном.
- Мне нужно, чтобы ты трахнул меня, - выдыхаю, опираясь на локти и колени перед ним. - Мне нужно почувствовать тебя внутри. Сейчас же.
- Как будто я смог бы ждать еще хоть мгновение, - рычит он, берет меня за подбородок и глубоко целует. Я пробую свой вкус на его языке и содрогаюсь от желания.
Не разрывая поцелуя, он приподнимает мое тело и прижимает к деревянному изголовью. Я крепко хватаюсь, когда он движется позади меня, удерживая у твердой поверхности. У меня достаточно времени, чтобы перевести дыхание, пока он берет с тумбочки презерватив, разрывает зубами пакетик и раскатывает его по всей длине. Я концентрируюсь, приподнимаю задницу к Эмерсону, когда чувствую, что он устраивается позади меня, его твердая грудь вздымается в предвкушении.
Наши голоса сливаются в единый громкий стон, когда Эмерсон вводит свой член в мое ожидающее, нетерпеливое тело. Мои пальцы впиваются в изголовье, когда он раскрывает меня, добираясь до самой сердцевины. Я никогда не чувствовала его таким образом прежде, никогда даже не мечтала, что кто-то сможет добраться до меня так глубоко, так наполнить. Я встречаю каждый его толчок, пропуская так далеко, как могу. Моя голова повисает между рук, пока Эмерсон врезается в меня, его пальцы впиваются в мои бедра, а сильный нажимает на анус – такое острое чувство недозволенности, оно сводит меня с ума.
С каждым движением я чувствую его все сильнее. Клянусь, с каждой секундой он становится больше, цепляюсь за спинку кровати, врезаясь в него изо всех сил. Его хватка усиливается, когда он подталкивает себя к краю. Я падаю грудью на кровать, поскольку его темп становится все быстрее, а движения бедрами интенсивнее. Я знаю, что вот-вот он потеряет контроль.
- Кончай, - стону, поворачиваясь, чтобы встретиться с его мерцающими голубыми глазами. - Я хочу, чтобы ты…
Он поднимает голову и входит в меня последним, захватывающим дух толчком. Мы кричим в унисон, когда он изливается внутри меня. По нашим телам проходят стремительные ощущения, и мы вместе ловим сокрушающую волну. Вместе достигаем пика и падаем в изнеможении, образуя единый клубок из переплетённых тел. Мы часто дышим, как сумасшедшие, а я сворачиваюсь у Эмерсона под боком.
Он притягивает меня к себе ближе, обнимая, пока наше дыхание медленно выравнивается. Музыкальная дорожка, наконец, заканчивается, и мы лежим в постели Эмерсона вместе. В теплой, легкой тишине, наконец, возвращаемся в реальность, глядя друг на друга в полумраке.
- Не могу поверить, что провела без этого почти целое десятилетие, - тихо смеюсь, проводя рукой по его коротким, каштановым волосам.
- Я тоже, - усмехается он, целуя мою ладонь. - Давай больше не будем этого делать, ладно? Я имею в виду – находиться порознь.
- Звучит отлично, - счастливо вздыхаю, прислонившись щекой к его груди. - Не смогу смириться, если снова это потеряю.
- И не нужно, - говорит он, его голос серьезен. – Что бы ни случилось, Эбби, я ничему не позволю это разрушить.
