— Надо же, еще кувшин нашли, — с определенным уважением отметил Гру. — Царица должно быть для тебя припрятала, так нет же, отыскали. Просто нюх на пойло у бесхвостого и вдовы.
— Это отраву они ищут?
— Ее. Ну, она как отрава. Типа пива, легенькое. Царица нажевывает травы, потом ставит бродить. Что там в рецепт магического добавляют, я не понял. Царица тоже порядком утомилась, на всех ее жеваного пива не хватает. Так что самое время ноги уносить, если джентльмены прямиком на месте трезветь не хотят.
— А что будет, когда протрезвеют?
— Что-нибудь да будет, — неопределенно пробормотал мальчишка. — Вряд ли что-то хорошее. Размышлять будем или сваливать?
— Сваливать. Где Док и шкипер? Лучше с них начать. Певцы возражать начнут.
— Ну. Ты явно трезвеешь.
Старшие члены экипажа отыскались совсем рядом с хижиной, в которую превратился дворец. Гру ловко перешагивал через спящие фигуры: служанки и моряки спали вповалку. Шкипер храпел относительно с краю, Энди заставил себя действовать и помочь снять с тела двух служанок. Одна из девушек слабо зашевелилась, но не проснулась. Шкипера поволокли к тропинке, оставили в тени кустов, в молчании вернулись за доктором.
— В принципе, они не такие страшные, — прошептал Гру. — Если из кустов смотреть, так и ничего. Просто особенность этакая.
Энди промолчал. Царские служанки были ужасны. Голые, всколоченные, дурно пахнущие. Но лица… Полузвериные рожи, с толстыми тупыми носами. Стройность и соразмерность фигур лишь подчеркивала жуть полусвинных лиц.
Дока пришлось раскапывать подольше. Всхрюкнула одна из служанок, которой отдавили руку, к счастью, тут же умолкла.
— Он скользкий, — прохрипел Энди, пытаясь удержать плечи доктора.
— По пьяни с каждым может случиться, — рассудительно заметил Гру.
— Я к тому, что до берега не дотащим. Я порядком ослабел.
— Предусмотрено. Я тут волокушу соорудил.
Волокуша оказалась припрятанной у спуска. Доктора свалили на срубленные и сплетенные ветви, начали буксировку.
— Главное, чтобы в кусты не залетел, — предупредил мальчишка. — А что голова постукивает, так это даже хорошо. Мозг быстрее просветлеет.
— Мозг… — Энди крепче взялся за ветви. — Мне кажется, или у него тоже с носом?
Нос доктора, в принципе достаточно красивый и в чем-то даже римский, сейчас притупился, расширился, ноздри казались вывернутыми.
— Может, само пройдет, — помолчав, предположил мальчишка. — А может он просто рожей о стол треснулся. Надо признать, пить-то Док вовсе не умеет.
Доктора оставили на пляже, вернулись за Магнусом. Старина шкипер покатился легче, вот только смотреть на его физиономию было больно.
— Даже не пойму. Он вроде и пил меньше, и с девками не особо, а «пятак» вон какой, — недоумевал мальчишка. — Необъяснимая загадка науки.
— Он, наверное, просто почувствительнее к свинству, — предположил Энди.
В очередной раз поднимаясь к хижине, ночной рулевой украдкой пощупал собственный нос. Уже не в первый раз изучал, и на ощупь все оставалось по-прежнему, по болотночеловечьему, но особой уверенности не было.
— Сейчас самое сложно, — бормотал Гру. — Оттащить от стола таких опытных забулдыг будет непросто. Хотя есть у меня старый маневр…
За столом уже не пели, там бесхвостый рассказывал про какую-то замысловатую «двойную бочку», помогая повествованию наглядным маневрированием рук и треснувшей кружки.
— О, Гру, ты где пропадал?! — обрадовался бесхвостый. — Тут о тебе девушки спрашивали. Не теряй момент, пидюмалтву.
— Верно. Уже взрослый мальчик. Раньше начнешь, раньше перебесишься. Иди, тут спален полно свободных и девчонки славные, — меланхолично подтвердила встрепанная вдова.
— Благодарю. Меня дома невеста ждет, — сообщил мальчишка. — Придется воздержаться.
— Что, правда, невеста?! — восхитился гребец. — Не, не дождется, наихвсдур. Все бабы… Да что ты пихаешься, вдова кривозакрыльчатая?!
— Я к тому, что за невесту надо выпить, — объяснила вдова. — Только уже нечего. Последний кувшин, мляегвж.
— Так на катере есть, — напомнил коварный юнга.
— На катере?! — Сан схватился за голову. — Хатидже, вот мы дебилы! Там же и джин, и закусь, вотжоегона.
— Нужно проверить. Вот прямо счас, — вдова решительно встала, и рухнула на руки Энди. — Ноги онемели, суихвна.
— Это после последней посадки. Я говорил — на стол падать — вообще не маневр, вроегноги, — пояснил гребец, пытаясь встать.
Нужно признать, на спуске пьянчужки приноровились к вертикальному состоянию, обнялись и выпав на пляж завели странную:
— Бодры. Может, и барку спустим, — обнадежился Гру.
С баркой не вышло. «Заглотыш» порядком увяз в песке. Еще кое-как стоящий на ногах экипаж поднатужился — не получалось, вдова вдруг легкомысленно махнула рукой и двинулась к катеру по воде.
