Спустя несколько минут мне удалось взять себя в руки и снова смотреть на окружающих с отрешённо-вежливым выражением лица.
А вот Лейри… Сегодня она особенно хороша. Это её платье, вроде скромное, но как облегает аппетитную грудь и тонкую талию! А её грешные губы, такие сладкие, так и манят впиться поцелуем, прижать её к себе и содрать к демонам это платье. Наказать, за то, что такая кмаровски притягательная и соблазнительная. Тем более, уверен, она будет не против…
Резкий женский смех заставил очнуться, вырывая из плена порочных фантазий. Что это было? Я уже перерос период, когда физическое влечение порой затмевает здравый смысл, врываясь в мысли без спросу в самые неудобные моменты. И почему здесь так невыносимо жарко?!
— Кас, ты в порядке? — обратилась ко мне Лейри обеспокоенно всматриваясь в моё лицо. — Ты такой бледный с каким-то лихорадочным румянцем. И твои глаза…
А я не мог смотреть на неё. От одного только взгляда на Лейри перед мыленным взором всплывали такие образы, что покраснели бы даже стены. Лучше смотреть куда-нибудь в сторону. К тому же, вон та девица в синем, тоже не дурна собой. Её платье такое открытое. Наверняка она будет не против свети более близкое знакомство. Раз Лейри трогать нельзя, сам себе запретил, тогда почему бы не расслабиться с этой красавицей. Она должна шикарно смотреться на белоснежных простынях…
— Кас? — ворвался в сознание голос Лейри. — Да что с тобой, Кастиан?!
— Всё в порядке, — просипел пересохшими губами и утёр чуть трясущейся рукой пот со лба.
Тело горело. Возбуждение путало мысли, от жары становилось дурно. Сосредоточиться ни на чём не получалось. Только если на очередной симпатичной девушке и том, что можно с ней сделать… Да что же это?! Потряс головой, стараясь прогнать наваждение, но лучше не стало. Жар, как и желание, только усиливались.
— Ага, я вижу, — послышался голос Лейри. — Пойдём-ка со мной.
Она схватила меня за руку, а меня её прикосновение обожгло. Возникло острое, почти непреодолимое желание схватить её и овладеть прямо здесь. Невзирая на присутствие посторонних и её ожидаемый протест.
Кмар! Хватит! Это какое-то безумие! Нельзя! Нужно прийти в себя!
— Не трогай! — отшатнулся я от неё, вырывая руку.
— Что… Тебе больно? — спросила Лейри испуганно.
— Да, — сглотнул я. — Больно.
Не стал утверждать характер этой боли — острое, неконтролируемое, болезненное и абсолютно неправильное возбуждение. Лейри потребовала следовать за ней, и я послушался. Шёл, стараясь не смотреть по сторонам, кусая щёки изнутри и сжав кулаки с выпущенными когтями. Боль хоть немного отрезвляла.
Вела она меня к своему отцу. Их разговор прошёл мимо меня. Всё моё сознание было поглощено борьбой с извращённым возбуждением и чудовищным жаром, от которого, казалось, плавились кости.
Потом мы снова куда-то шли. Какая-то комната. Кровать. Но вместо юной прелестницы передо мной оказался незнакомый пожилой мужчина. Э! Нет! Я не по этой части!
Целитель? Какой целитель? Мне женщина нужна! Ответить на вопросы? Зачем? Приведите мне женщину и потом мне сразу станет лучше! Что? Сначала ответы на вопросы, а потом женщина? Кмар с вами, уговорили! Спрашивайте!
Вопросы и собственные ответы в памяти не отложились. Как и действия мужчины. Всё чего я желал — близости с какой-нибудь красавицей и немножко холодной воды, охладить лицо.
— А теперь поспите, юноша, — произнёс мужчина и положил мне ладонь на лоб.
Какое поспите?! А женщина? Эй! Мы не так договаривались! Не честно…
Ненавижу балы! Искренне, всей душой! Мало того, что приходится смотреть на огромное количество насквозь лживых аристократов, таких вежливых снаружи и насквозь гнилых внутри, так ещё и происходит нечто мерзкое каждый раз.
Второй бал в моей жизни и второй раз я оказываюсь в дворцовых комнатах отца, потому что случилась гадость. Пока целитель был занят с Кастианом, отец отвёл меня в сторону, чтобы не мешать профессионалу. Невольно я всё равно постоянно оборачивалась в ту сторону, на сердце было тревожно.
— Перестань нервничать, — произнёс отец. — Эс Тирсод один из лучших целителей империи. Он обязательно поможет твоему парню.
— Хочется верить, — отозвалась я невесело. — Но что произошло? Его чем-то опоили?
— Эс Тирсод нам всё скажет, как закончит, — вздохнул отец. — А что произошло… Это ты мне расскажи. Вспомни, что происходило незадолго до того, как твоему спутнику стало нехорошо. С кем разговаривали, что ели и пили, кто рядом находился. Рассказывай всё, любая мелочь может быть важна.
Я честно попыталась выполнить требование. Вспомнила наш танец, прогулку в оранжерее и как поняла, что Кастиан мыслями где-то далеко, не слушает меня. Свою досаду и наше возвращение в зал. Бесцельное хождение и как нам захотелось пить. Любопытствующих, которые засыпали Кастиана градом дурацких вопросов, не давая даже утолить жажду. Потом они закончились, но и тут ему не дали выпить вина, подтолкнув под руку. Он был так раздражён, что я не раздумывая отдала ему свой бокал…
— То есть он выпил вино из твоего бокала и вскоре начал вести себя странно?! — взвился отец.