– Владимир Егорович, мне не дозволено открывать вам всей необходимости финансирования данной поездки, – легкий стук кулака начинал раздражать Володьку. – Вы просто поверьте мне. И когда я пренебрегал нашими договоренностями?
– Вот я и думаю, – тихо ответил Воронов.
– Вы меня в чем-то подозреваете?
Снова усталый взмах рукой. Нет, Володька, конечно, все понимал. И доверял Партнеру. За те годы, что они работают вместе, вопросов не возникало. Просто в последнее время Воронов сильно размахнулся, и отток денег превысил доходы.
– Простите, Партнер, – виновато сказал он. – Я устал сильно. Множество новых проектов несколько истощили наш кошелек.
– Может быть, стоит обратиться за помощью? Думаю, вам вряд ли откажут банкиры.
– А, у них слишком высокие ставки! И потом, криминал очень сильно связан с ними. Не хочу на себя внимание обращать. Мне сейчас и так нелегко. Пришлось службу безопасности увеличивать чуть ли не втрое. И снабжать ее всякими техсредствами.
Ладно, пусть едут. Надеюсь, это не зря.
И Воронов протянул Партнеру банковскую карту.
– Здесь вся необходимая сумма.
Партнер улыбнулся, правда, улыбка вышла немного кривая, недовольная.
– Отдохнуть вам надо, Владимир. Слетали бы в Италию, например. Возьмите женщину с собой, погрейтесь на солнышке, побродите по городам. Неделя никого не устроит, а перемена мест улучшит восприятие.
Володька задумался. И у него возникла небольшая идея.
– Пожалуй, я воспользуюсь вашим советом, – сказал он.
И Партнер улыбнулся еще раз, но по-другому – добрее, искреннее. А еще Воронов уловил, что не просто так его отсылают. В последнее время слишком много нездоровой возни возле предприятий их, так называемого объединения, и многие люди, приближенные к Президенту, заинтересовались Володькой. Да и не только. Кошелев стал часто упоминать слово «охрана», а Партнер намекать на «забугорный» интерес. И странно. Никому не было дела до Рыбинска, а тут… и президентская комиссия, и всякие предприниматели, вооружившись поддержкой «высоких» людей, зачастили на предприятие, выпускающее авиационные двигатели.
Хорошо еще, что Володькин «Электроприбор» в Москве не трогают. Завод и не видно, так, пару корпусов в нежилой зоне. Ребята Кошелева постарались – охрана там серьезная, и разработка новейшей операционной системы идет полным ходом. Уже в следующем году Володька намеревался ее выставить на рынок, также и мощный миниатюрный компьютер на ее базе.
На салоне в Ле-Бурже он познакомился с одним итальянцем, который искал новые технологии для своих производств. И Володька вдруг подумал, что через него сможет протестировать новые разработки. Да и реклама не помешает.
Когда Партнер вышел из кабинета, Воронов нажал клавишу своего компьютера. На экране появилось лицо Эллы, снимаемое из приемной внутренней камерой.
– Слушаю, Владимир Егорович.
– Элла Сергеевна, забронируйте мне два билета в Рим на послезавтра. Фамилию второго человека я сообщу позднее. Пока не решил. И номер в отеле на неделю. Простенький, без изысков. И… не говорите никому о моих планах.
– Хорошо, – ответила она и отключилась.
Они расстались. Она увезла свои вещи из их комнаты в кафе. Но, Элла не хотела уходить со своей работы. Ей нравилось. И Володька не стал воспрепятствовать этому. Хочет – пусть работает. А работу свою она знала.
Неожиданно в кабинет ворвался Кошелев. Только ему и Партнеру разрешалось заходить без разрешения.
– Владимир Егорович, – начал он, подходя к столу Воронова. – Мастерской Георгия Ивановича интересуется криминальный авторитет по кличке «Серго». Десять минут назад туда заглянули братки из его бригады. Вели себя нагло. Охранник культурно их выпроводил, но они обещали вернуться. Мы можем нейтрализовать авторитета, но вся эта суета не к добру.
– Твои предложения, Леш.
– Я бы перевел мастерскую в другое место. На «Электроприбор». Там гораздо безопаснее, и охрана мощнее. Но, судя по всему, «Серго» настырен. Если ему что понравилось, то вцепляется, как клещ. Вот, – он протянул папку, – некоторые материалы по нему. То, что успели собрать за короткое время.
Володька открыл папку. С фото на него смотрел мужчина лет пятидесяти. Улыбался, но в глазах застыла ненависть и злоба. Три ходки за разбой. Коронован на зоне во время второй ходки. Семью ворами. Даны их клички. Не в меру жестокий.
Воронов задумался.
– Леш, можно накопать по нему больше? И где он часто бывает?
– Да. Но это потребует часов пять, не меньше.
– Хорошо, я подожду. А из мастерской пусть все уходят сегодня. Скажи им, что я жестко на этом настаиваю. Хоть силой убирай.
Кошелев кивнул, и быстро вышел из кабинета.
«Серго» отдыхал в отдельном кабинете ресторана «Ле Шалле», что обосновался на набережной Москвы-реки недалеко от Кремля. Заведение славилось своим фондю и ценами. Спиртного «Серго» – в жизни Сергей Сергеевич Малецкий – не признавал. Чинно ел небольшие куски мяса, окуная их в кипящее масло. Запивал чистой водой.
– Так что с мастерской делать будем? Сегодня пацанов оттуда выкинули, – спросил у «Серго» его напарник, быковатого вида мужичок с приклеенным по жизни погонялом «Резвый».
