Она вдруг тихо расплакалась, вцепившись в его руки. Ей было стыдно, обидно, но чертовски приятно. Она даже не обратила внимания на выскочившую из распахнутого халата грудь, набухшую желанием.
– Воронов, ты слепой? Или ничего не понимаешь?
Он помолчал немного.
– Я не слепой, но…
– Что тебе ещё?! Ты любишь свою Свету?!
И опять он немного повременил с ответом.
– Света выходит замуж, да и не было между нами ничего.
Наташа счастливо заулыбалась, но Володька не видел её улыбки, смотря куда-то вверх.
– Тогда что тебе мешает?
– Не знаю… наверное, боюсь сделать тебе больно. Или что-то не так…
Теперь молчали оба. Она успокоилась, поправила халат и медленно повернулась к нему.
– Скажи, Володь, я тебе совсем не нравлюсь?
– Честно?
– Да, блин!
– Нравишься… очень…
Он осторожно поправил воротничок её халата.
– Но ты так яростно на меня набросилась… это что-то! Я даже вспотел…
Она захихикала, прижимаясь к его груди.
– Ой, ты и вправду липкий… пойдем, – и потащила его с тахты.
– Куда?!
– В ванную, дурачок! Я тебя помою…
Он пошёл за ней, оставив по пути туфли.
В ванной было прохладно и дышалось легче, чем в духоте комнаты. Наташа не спеша расстегнула ему штаны и взялась за резинку трусов.
– Я сам, – он повернулся к ней боком и снял одежду. – Ты будешь подглядывать?
– Вот еще, – фыркнула она, выходя из ванной. Встала спиной к двери и мечтательно зажмурилась.
В ванной зашумела вода. Наталья быстро добежала на цыпочках до зеркала, покрутилась перед ним, распахнув халат, потом потянулась к помаде. Два мазка и…
Вода шуметь перестала. Она, почуяв неладное, бросилась к ванной и распахнула дверь. Володька сидел на корточках на полу и сжимал голову руками.
– Что такое, Вовка?! Где болит?!
Она встала на колени рядом с ним и осторожно провела ладонями по его плечам. Он посмотрел на неё влажными глазами, полными боли.
– Голова резко заболела… это часто после контузии… прости, Натуська.
И нежно обняв девушку, Володька уткнулся лицом в её обнаженную грудь.
И тут Воронов отчетливо представил каково его предназначение. Он воспринял это спокойно, будто и не было двух суток размышлений и мучительных воспоминаний. Володька знал, что ему делать, но для начала надо было найти Илью Николаевича, и если получиться – Кошелева. И ещё хорошенько выспаться – силы ему понадобятся.
Верховный Координатор смотрел на Землю. Ему нравилось это делать. Голубая планета оказалась самым интересным и плодотворным местом для тех исследований, что на протяжении многих тысячелетий вела каста Координаторов. Такого объёма информации по поведению разума в самых различных ситуациях до сих пор не удавалось собрать ни в одном из миров Вселенной. Да! Пожалуй, индивиды на этой планете самые удачные создания биотехнологии. Такие непредсказуемые! Жаль, что «погасла» главная «звезда» эксперимента – Владимир Воронов. Он только-только стал выходить за жесткие рамки предназначения, как его… впрочем, этого стоило ожидать – борьба между индивидами за власть и своих самок часто теряет человеческое обличье. Интересно, а если бы Воронову дали не пять процентов возможностей сознания, а, допустим – двадцать! Нет, двадцать – многовато. Он бы тогда смог менять предназначение у половины индивидов, а это уже совсем другое направление эксперимента.
Верховный повысил уровень восприятия пространства и почувствовал, как в зале совещаний один за другим материализовались разумы восьми Старших Координаторов и соединились оранжевыми энергетическими нитями. Настал час принятия коллективного решения.
– Я думаю, – начал Верховный, – что эксперимент подходит к завершению. И мы можем покинуть орбиту Земли.
– Не дождавшись окончания?
– Да. Поскольку ясно, что индивидуализм окончательно победит коллективизм. Последний оплот коллективного разума находится в стадии разрушения, и никто и ничто не сможет остановить этого.
– Да простит меня уважаемый Совет, – неожиданно вмешался один из Старших Координаторов. – У нас есть достоверные сведения, что индивид «ВВ-20081964» получил измененный код своего предназначения. И этот код был дан ему вами, Верховный Координатор, в обход коллективного решения.
Оранжевые нити зашипели и взъерошились мелкими ворсинками.
– А по этому индивиду не выносилось коллективного решения, – спокойно произнёс Верховный, – Это моё единоличное изыскание в рамках общего.
– А вы позволите узнать, в чём оно заключается?
– Индивид должен был сохранить все данные о коллективном разуме планеты.
Координаторы заволновались после этого ответа.
– Мы давали шансы индивидам сформировать коллективный разум. И у них ничего не получилось. Зачем оставлять им эти данные? Это рискованно и опасно.
– А ещё есть данные, что в результате изменения кода индивид получил расширение сознания до пяти процентов.
Нити сузились, будто Координаторы испытывали глубочайшее изумление.
– Индивид с таким разумом может не только сохранять разработки по созданию коллективного разума, но и передавать их следующим поколениям. Это противоречит целям эксперимента…
