Анька стояла на пороге и, не стесняясь соседей, требовательно кричала ей в спину. Самоварова всегда удивлялась, откуда в ее воспитанной образованной дочери взялось столько «хабалистости». Дочь мало с кем считалась и свое сиюминутное всегда ставила во главу угла.
— С тобой точно все норм?! Ты же только пришла! У всех сейчас нервы ни к черту! Что за поза? Что я сказала-то такого, не пойму!
Выскочив из подъезда, Варвара Сергеевна увидела того человека…
Как это она уже теперь, в ночи, понимала, он, видимо, успел внедриться в ее эмоциональную дыру. Так действуют гипнотизеры и специально обученные люди — по сути, те же гипнотизеры — подключаются к человеку, пользуясь пробитой на секунды защитной реакцией психики отражать энергетические удары извне.
Наткнувшись на чужой въедливый взгляд, она
И вот сейчас он ей приснился — этот человек без лица.
Да, незнакомец явно к ней «подключился».
Прежде чем найти своего кармического подзащитного, Лаврентий проделал огромный путь.
Родился он у моря, в лучшем городе мира. Мать его умерла родами, а сам он чудом остался жив — хозяйка-старуха, сохранив жизнь ему и брату, утопила в бочке лунной апрельской ночью весь остальной помет.
Ушлая знахарка с изъеденным оспой лицом надеялась, что ладные рыжие кобели станут охранять ее участок от местных и понаехавших хулиганов, но любопытный щенок, в отличие от брата, тявкать без нужды не хотел. Чувствительная к тонким материям и знакам свыше, но жадная до лишней крохи старуха, притащив Лаврентия на остановку, пустила щенка в свободное плаванье.
Вскоре пес обрел настоящую семью, по-собачьему — стаю.
Он научился бегать быстрее ветра, добывать отличного качества еду, лечить слюной и подорожниками раны, разбираться в целебных травах, понимать людскую речь, а также читать мысли этих двуногих.
За первое лето и осень привольной жизни Лаврентий познал и милосердие, и предательство, ощутил радость бытия и горечь бед на собственной шкурке.
Он пережил страшную эпидемию вируса и смерть близких друзей, успел подружиться со старейшинами города и подраться с конкурентами как в честных, так и в неравных схватках.
А главное — встретил свою любовь!
Сложилось так, что его подругу первой взяли в дом. Странная сердобольная женщина, ставшая «мамой» чудом выжившей в эпидемию Лапушки, готова была забрать из приюта и Лаврентия, но судьба распорядилась иначе.
Прочитав на карте неба инициалы, совпадающие с именем его нынешней хозяйки, рыжий воин поступился личным во имя долга.
Такое предзнаменование, как объяснила во время прогулки в приюте любимая, давалось не каждой собаке — Лаврентий был избран. Наплакавшись вволю каждый в своем вольере, они решили на время расстаться.
Пес должен был охранять ту, которая сейчас ворочалась с боку на бок, забив свою голову ворохом липких мыслей.
В «Моих документах» было ожидаемо многолюдно.
Девушки за стойкой при входе, направлявшие граждан по электронным талончикам к соответствующим окошечкам, уже в двенадцать дня выглядели измученными. Прежде чем ответить на вопрос, милые создания, пытаясь сосредоточиться в царящем шуме и гаме, хлопали наращенными ресничками.
Граждане, среди которых было много трудовых мигрантов из бывших союзных республик, получив на руки талончик, заваливали девушек дополнительными вопросами, а стоявшие сзади настырно их перебивали.
Взяв талончик в архив, Варвара Сергеевна поднялась на второй этаж. Окошко, где выдавали повторные свидетельства из архива загса, особой популярностью не пользовалось — перед Варварой Сергеевной, судя по номеру на табло, был один человек.
Обдумывая вчерашний эпизод у дочери, Самоварова решила, что и как мать, и как гражданка была неправа. Ей нужно было не выскакивать, как потерпевшая, из квартиры, а спокойно объяснить дочери свою позицию, не вмешиваясь при этом в дела молодой семьи.
Вот только в чем она, ее позиция?
Какие необходимы слова, чтобы облечь в понятную форму то, о чем в последние месяцы плачет душа?
Душа…
Слово, в последнее время употреблявшееся так же часто, как и вдруг воскресшее, а до этого словно никому не нужное слово «родина». Придя к православной вере в шестьдесят, Варвара Сергеевна не стала примерной прихожанкой: посты почти не соблюдала, на службы ходила редко, исповедовалась и причащалась в лучшем случае раз в год.
