Рене медленно кивнул, выказывая принятие. Здесь, в рассеянной тьме, когда по бокам от освещённой части аллеи начинает клубиться туман, а дождь усиливается, барабаня по брусчатке, наполняя её зеркальным отражением хмурого неба в россыпи золотистых листьев, всё казалось иллюзорным. И эта непонятная встреча с людьми, от которых веяло чем-то опасным. Скорее даже не от них, а от тех слов, что они готовы сказать.
Парень предчувствовал, что не будет просто. Как не было простым то, что сделали с жизнью сестры. Он понял бы, пройди она через пытки, вербовку, насилие, да что угодно! За годы разлуки живое воображение подкидывало сотни вариантов того, что с ней могли сделать. Но ничто не сравнилось с реальностью. То, как она глядела на человека, говорило обо всём. Как и то, как он смотрел на неё в ответ. Слишком много в этом взгляде было чувств, которые испытывал сам Рене.
– Ты хочешь знать, кем был наш отец? Антиквар, желающий спасти мир.
Всего десять секунд потребовалось девушке, чтобы оценить эти слова, прежде чем рассмеяться.
– Давай, порази меня! Как же ревун Птицеед намеревается спасти мир? – с какой-то лёгкой истерией в голосе поинтересовалась она. – Как знать, может сказка, которой он кормил тебя, окажется лучше той, что он скармливал мне!
– Не надо так, – недовольно ответил Паша. – Ты же знаешь, что мы не просто так переезжали с места на место. За нами охотились. Ведь наш отец кое-что узнал о сэвах, – парень бросил взгляд на насторожившегося Рене. – Они называют себя Сворой певчих. Сэвы, разыскивающие части
– Это звучит как-то чересчур фантастично, ты не находишь? – язвительно протянул Рене.
Паша сглотнул, прежде чем продолжить, видя с каким недоумением на него смотрят сэвы. И пускай рука Реми зажата в его, он чувствовал, как истончилась их связь. Она этого пока не понимает, но им придётся заново выстраивать отношения, разбитые таким жестоким способом.
– Отец говорил, что Свора появилась около сорока лет назад после уничтожения королевской семьи в Урласке. Эти сэвы хотят открыть порталы и впустить других ангелов, чтобы покарать людей за то, что они делают с ними.
– За то, что грядёт, – встрял Филин, улыбаясь кончиками губ. – Вы же видите, как стремительно меняется мир? Эти изменения не на пользу религиозной основе вашей власти. Ангельские нимбы, крылышки, божественное происхождение… всё разбивается об анатомический театр и лживость ваших «царей». Урласк, Асслейское государство, Цинциния… десяток мелких стран, где сэвы утратили лидерство. И бомбы, пистолеты, яды и вот такие маленькие устройства, способные лишить вас связности мыслей, – мужчина вытащил из кармана пальто миниатюрную коробочку. – Кстати, её доработал Паша. Он смышлёный малый. Иерихон очень ценит его. И потому отступил от тебя, Реми. Хотя поначалу хотел забрать себе.
Реми вопросительно изогнула брови, переводя взгляд с Павла на Матвея. Вот уж чего она не понимала, так это своего участия во всём этом. Как, впрочем, и Рене.
– Вы оба как-то связаны с этим, – скрепя сердце ответил Паша, осторожно поглядывая на сестру. – В последнем письме отцу было сказано об этом. Я думал, что тебя ищут из-за матери-сэвы, но всё оказалось запутаннее. Проклятье, если бы я тогда не отпустил тебя!
– Вероятно, все трое пропали бы, – сумрачно сказала Реми. – И всё-таки – причём здесь я? Что за
– Так ли это, Реми? – ласково переспросил Филин, подходя к ней. – Сэвы – не с нашей планеты. Вера в божественное – сказка. А что на самом деле случилось тысячу лет назад? Кто такие морликаи? Что именно делает Аллейская опера? Как знать, может Свора певчих нашла ответ? Например, разгадав одну запрещённую книжку?
Реми поняла, о чём он говорит, но всё равно отвергала своё причастие к этому. В ней не было ничего нормального, как и в брате, но чтобы так? Нет. В это она не верила. И от таких мыслей становилось холодно.
Сверху, по нарастающей, зазвучала сирена: сначала глухо, издалека, потом расползлась вокруг парка, следуя по линиям громкоговорителей, вселяя ужас в жилы разбуженных людей. Протяжно залаяли псы, а четвёрка, собравшаяся возле мокрой скамейки, переглянулась.
– Разрыв, – прошептала Реми, ощущая, как поднимаются волоски на руках.
Столько лет жила, не сталкиваясь с этим, и вот – второй раз за месяц!
– Расходимся, – моментально сориентировался Рене, снимая пистолет с предохранителя.
Его глаза засияли ярче, сканируя пространство. Он чувствовал, что разрыв неподалёку, но пока не видел где.
Они не успели даже попрощаться, как из леса выступили три фигуры в чёрных костюмах с сетчатыми лицами в точности как в том подвале! Сущности застрекотали, будто переговариваясь между собой, а потом разом и синхронно бросились вперёд, целясь в Павла. Рене успел выпустить несколько пуль, прежде чем его сшибли с ног, отправляя прямо в фонарь, при столкновении с которым тот замигал, грозясь погаснуть.