– Можно подумать после такого там кто-то спит, – хмыкнул он, с тревогой разглядывая посеревшее в тусклых лучах далёких уличных фонарей лицо девушки. – Идёт срочное совещание. Такого прорыва в Ролльске не было лет сорок, а может и никогда. Завтра отец выступит с заявлением, рекомендую послушать.
– Значит ты уже слышал, что произошло? – осторожно спросила Реми, глядя на парня сквозь приспущенные волосы.
– То, что завтра будет обсуждать вся столица? Естественно! Подумать только – явление ангельских крыльев. Такое не скроешь, – замешательство на его лице соперничало с лёгкой тенью зависти в голосе. – Вы оба летали?
– Я скорее плавно приземлилась и без ангельских эффектов. А вот Рене действительно парил. Кажется, это как-то связано с резонансом. Он закричал нижним голосом, и я ответила, и не могла остановиться, пока не оказалась на земле. А потом наоборот – я закричала и ответил он. Мы спасли друг другу жизни, – Реми резко выдохнула, будто сама себе не верила, что так и было.
Ей захотелось окончательно спрятаться за волосами, однако Костя, почувствовав её настроение, притянул девушку к себе, разворачивая и укрывая в своих объятиях.
– Я испугался за тебя. Когда услышал сирену – первой мыслью было, что ты окажешься прямо в эпицентре. Но я не знал, где вы. И не мог никого отправить, – прошептал он, сплетая их пальцы. – Реми, ты буквально притягиваешь к себе неприятности!
– Ага, настоящий магнит для бед, – мрачно ответила она, прислоняя голову к его груди. – Ты что-нибудь знаешь о белых разрывах? С колеса обозрения видела их, а до этого такой открывался в Вильнёве в подвале моего дома. Оттуда вышел морликай, похожий на человека, пытавшийся утащить меня в портал.
Костя потребовал подробностей, а получив их, разочаровал ответом – до сегодняшнего вечера никто не видел этих порталов, да и сегодня не было информации о них. Если они и открывались, то на удалении от людей.
– Как будто одни прикрывают другие, – в мыслях нарисовав последовательную цепочку, пробормотала Реми. Рядом с Костей стало легче. Не так, как рядом с братом, но всё же.
– Попробую разузнать больше. Военные советники отца сходятся в одном – количество разрывов увеличивается. Это напоминает период ангельских войн, когда сэвы делили землю. В исторических книгах пишут, что люди считали происходящее концом света.
– А что говорят учёные сейчас? Большую часть научных исследований не публикуют, но ты же наверняка что-то знаешь. Какие могут быть причины?
Костя чуть вздрогнул, меняя положение затёкшего тела, а потом вздохнул, обращая внимание на волосы подруги. Они казались тяжёлым покрывалом на столь тонкой шейке, и он разложил их надвое, чтобы ей было легче прислониться.
– Может изменения климата. Говорил с одним умным дядькой, он утверждал, что ткань междумирья реагирует на резкие скачки температуры. Однако это не объясняет, почему там, где такие скачки привычны, количество разрывов невысоко, – ответил он. – Есть ещё кое-что, – помедлив, добавил он. – Но тебе придётся поклясться, что ты никому об этом не скажешь.
– Клянусь, – с излишней торжественностью заявила Реми и тотчас заработала лёгкий щипок в плечо. – Ай! Да ладно тебе, я обещаю, что никому не скажу. Просто могила!
Парень развернул девушку к себе лицом, чтобы убедиться в её серьёзности. Рубашка ночного платья задралась до колен, обнажая босые ноги, болтающиеся над полом, и он чуть отвёл взгляд, пытаясь сосредоточиться.
– Разрывы связаны с радиацией. Люди, оказавшиеся рядом с ними, впоследствии тяжело болели. Недавно было окончательно установлено, что их болезни связаны с ней. С изобретением дозиметров, выяснили, что местность после закрытия разрывов ещё несколько дней несёт в себе остаточные следы радиации. Чем больше разрыв – тем дольше держится след. Это позволяет предположить, что морликаи лезут из радиоактивной среды, – объяснил Костя, потом, помедлив, добавил: – Мы не подвержены её воздействию.
Возникшее молчание затянулось, Реми переваривала информацию, пытаясь её осознать. Слишком невероятно. Слишком уж… опасно.
– Об этом сообщат людям? Такое не утаишь, – наконец, спросила она.
– Как сообщить? И что это изменит? – пожав плечами, ответил он.
В тусклом свете лицо цесаревича казалось призрачным, а глаза яркими, как огоньки, и такими же непонятными, словно через огонь нельзя увидеть мысли сэва.
– Получается, что исследований много, но практической информации никакой. Мы ведь не можем повлиять на погоду, а лечения от радиации не существует? – парень кивнул и девушка вздохнула. – Почему всё так сложно? Помнишь, в туннеле говорила тебе о Своре певчих? Я думаю, они как-то связаны со всем этим. Они знают больше нашего и намереваются использовать свои знания для достижения какой-то цели. Задаюсь вопросом, может ли быть так, что ангелы пришли из белых разрывов? Из порталов, что видела прошлым вечером? Может всё связано? И Свора готовит нечто очень плохое, а мы…