Сыграем в любовь? полностью

Я выключаю телефон, вздыхаю, поворачиваюсь на бок и честно пытаюсь уснуть.

Проснувшись утром, я первым делом поворачиваюсь и смотрю на другую половину кровати.

Она пуста.

Дрю ушел на пробежку. Или уехал.

Я все же не верю, что он так поступит. Независимо от того, что у нас происходит – горячий секс или неловкость, как прошлой ночью, – я не думаю, что Дрю уедет без моей просьбы. Он не покинет свадьбу до ее окончания. Отчасти я презираю в себе эту полную уверенность в нем. Было бы куда легче и понятнее считать Дрю просто способом отвлечься.

Я с трудом доверяю людям – и папа в этом не виноват. Я многих называла друзьями, но лишь единиц – настоящими. И не знаю когда, но Дрю прочно закрепился во второй категории.

Узнав о Кэт, я буквально сбежала из комнаты – и не горжусь. Поступила как трусиха. Учитывая, как я обычно веду себя с мужчинами, это просто смешно. В небоскребе, где я работаю, есть охранник, который уже много месяцев предлагает мне сходить на свидание. Вообще-то, это своего рода шутка, но бывают и неуютные ситуации, когда я понимаю, что он говорит серьезно. При этом я хожу мимо него каждый рабочий день (обычно не раз), а не пользуюсь черным входом, чтобы избежать встречи.

Вчера же я, словно ревнивая девушка, прокралась на первый этаж, чтобы написать речь (которую так и не закончила), – лишь бы не принимать, насколько мне неприятно оттого, что бывшая Дрю хочет к нему вернуться.

Кэт.

Интересно, какое у нее полное имя? Возможно, Кэтрин. Наверняка светская красавица, которая отлично вписывается в окружение Дрю. Подруга жены его товарища по команде. Вероятно, бывала на хоккейных матчах, в том числе тех, где играл Дрю.

И вот тут границы нашей дружбы становятся размытыми. Друзьям ты желаешь счастья и замечательных людей рядом. А мысль о том, что Дрю будет радовать другая девушка, не вызывает у меня никаких приятных чувств. Только тошноту.

Узнав о существовании Кэт, мне пришлось осознать тот факт, что моя влюбленность в Дрю никуда не делась. Я целую неделю общалась с ним, доверяла ему, спала рядом с ним – и это значит для меня больше, чем просто способ отвлечься от неприятных событий.

Теперь же мне плохо оттого, что торжество уже заканчивается. Раньше мысль об отъезде меня успокаивала, а сейчас…

Мне будет грустно.

Вот не знаю, что делать со своими эмоциями! Особенно сегодня. Внизу уже настоящая суматоха – хлопки дверьми и крики. Все готовятся к предстоящей церемонии бракосочетания и празднику. Сегодня моя сестра выходит замуж.

Я со вздохом сползаю с кровати и иду в ванную. Выполнив обычные утренние ритуалы, направляюсь к дивану, который успел превратиться во временный шкаф для одежды.

Подружкам невесты сразу после завтрака будут делать прически и макияж, поэтому я пропускаю оба шага – просто натягиваю спортивные шорты и роюсь в чемодане. Амелия попросила нас надеть что-нибудь, что можно спокойно снять, не испортив прическу.

Мой взгляд падает на белую рубашку, которая была на Дрю вчера, – она комом лежит на диване. Я не раздумывая беру ее. Гладкий хлопок словно ласкает мою кожу. Рубашка пахнет Дрю – дымом с нотками специй. Аромат, который я запомнила совершенно случайно.

И так каждый раз. С Дрю я ничего не планирую специально – но все выходит само собой. И вот сейчас я надеваю его рубашку. Во-первых, она соответствует дресс-коду, который Амелия отправила подружкам невесты по электронной почте: выберите верх, который можно снять, не испортив прическу, и не надевайте платья ранее чем за час до церемонии. Во-вторых, такой «наряд» немного сглаживает бушующую внутри меня ревность, которая не утихала с того момента, как я увидела, кто ему звонит.

Рубашка мне велика, и я заправляю ее в шорты. Наверное, выгляжу по-дурацки, но мне плевать. Я спускаюсь вниз.

Как я и ожидала, на первом этаже царит настоящий хаос. Туда-сюда носятся люди с кучами скатертей, букетов и раскладных стульев.

Я по привычке направляюсь на кухню. На тумбе лежат сконы[2] с голубикой, и еще осталось немного кофе.

Я беру завтрак и выхожу на улицу. Погода чудесная – теплая, на небе ни облачка, сияет солнце. Она была замечательная всю неделю: ни одной грозы с той ночи, когда я встретилась с Дрю. Наверняка это знак, пусть я в них и не верю.

Я не хочу завтракать на террасе и иду ближе к воде. Завтра я вернусь в город. У Нью-Йорка собственная особая атмосфера, однако мне ближе не бетон, а природа. Согретая солнцем трава, гладь озера чуть поодаль. Я буду скучать по этим видам. И по парню настолько заботливому, что он ради меня вчера ночью оставил свет в комнате включенным.

Я хочу вдохнуть эти ощущения, впитать их кожей, запечатлеть в памяти навечно…

Я так сосредоточена на дороге и на том, чтобы не пролить кофе и не уронить скон, что до последнего момента не замечаю его.

Я резко останавливаюсь и бесстыдно перевожу взгляд с лица Дрю на его футболку и сетчатые шорты. Не смотрю в глаза, а наслаждаюсь другим видом. По моей коже, словно разгорающийся от свежего топлива лесной пожар, медленно проходит тепло.