Но, вспомнив о том, что один высший маг кое-что ему задолжал, юноша повеселел. После помощи с удавкой. Барус наверняка не сможет отказать ему в услуге и пристроит Илара кому-нибудь в ученики. Впрочем, судя по уровню способностей мальчишки, обучать его придется самому высшему магу. Так что Джай заранее не завидовал им обоим: высокомерный учитель и не признающий никакие авторитеты ученик, они наверняка очень многому научатся друг от друга.
– Хорошо, я заберу его в столицу,- подвел итог молодой лорд.
Еще несколько минут они говорили о текущих заботах. Напоследок герцог снова внимательно всмотрелся в изображение сына. Словно старался убедить себя, что вот он перед ним, что с ним все хорошо, и в то же время никак не мог поверить в это. Так что Джаю стало не по себе. Ему нестерпимо захотелось обнять отца, и оказаться в кольце по-медвежьи сильных объятий. И он опять пожалел о том, что герцог не смог хоть ненадолго оставить замок и приехать в столицу.
После того, как связь прервалась, Джай еще несколько минут просидел в кресле перед зеркалом, а потом поднялся и вышел на балкон переговорного зала. Отсюда открывался прекрасный вид на горные вершины. Юноша внимательно всматривался в пронзающие небеса пики, стараясь сообразить, откуда идет это неясное чувство тревоги, которое появлялось каждый раз, стоило ему посмотреть на заснеженные пики хребта мира. В этот раз беспокойство было настолько сильным, что даже Лар сумел его ощутить.
– Что-то случилось, милорд?- спросил он.
– Не волнуйся, все в порядке,- ответил Джай, оглянувшись на эльфа, который с удобством устроился на кресле прямо с ногами и теперь тоже рассеянно смотрел куда-то вдаль.
Молодой лорд не знал, что именно видел в этот момент эльф: Империю или свою далекую родину. Лично он сам смотрел просто на запад. Туда, где за горным хребтом лежал загадочный и опасный Ванаан. Ему опять вспомнились слова уличной гадалки: "твоя дорога ведет на запад". От размышлений юношу оторвал голос слуги:
– Прошу прощения, ваше высочество. Но его светлость герцог ар-Тан просил напомнить, что коронация вот-вот начнется. Вас уже заждались.
– Пойдем, Лар. Не будем заставлять ждать нашего нового правителя,- хмыкнул Джай.
За последнюю декаду произошло, по крайней мере, одно чрезвычайно радостное для него событие – ему все-таки удалось отвертеться от императорской короны.
Открыв глаза, Джай несколько минут лежал неподвижно, рассматривая серый навес, раскачивающийся в такт движения повозки, куда его определили. За последнюю декаду, он изучил этот навес до мелочей: рассмотрев каждое пятнышко, каждый шов, каждый прут решетки, на которую он был натянут. Юноша уже убедился, что его клетка была слишком прочной, чтобы он смог выбраться из нее без посторонней помощи.
А ведь еще декаду назад ничто не предвещало беды…
Прошел год с тех пор, как Джай вернулся в столицу. А его императорское величество Маран взошел на престол. Целый год, полных самых разнообразных событий. Очень напряженный год. Смена правителя – это изменения во всем государстве. А нет ничего хуже, чем жить во времена перемен.
Новый император с первых дней правления показал свой характер, сосредоточив всю полноту власти в своих руках. Маран оказался талантливым, хотя и жестким политиком. То, чего его отец добивался от Лавиэна годами уговоров, ему удалось достичь несколькими месяцами ультиматумов. Каким-то образом он даже добился уступок от подгорного королевства. Но тут, скорее всего, дело было в очередном хитром плане гномов, а не в дипломатических талантах Марана.
Кроме того, новый правитель провел несколько административных реформ. Но больше всего он уделил внимание армии. Как все это удалось Марану за один год, было загадкой. Страну лихорадило, но потом жизнь снова стала налаживаться. Все возвращалось на круги своя. Основная часть перемен не коснулась большей части империи. В основном были задействованы приграничные регионы. Но жители границ давно привыкли к тому, что их жизнь может измениться в любой момент. Поэтому воспринимали их соответственно.
Перемены произошли и в императорском дворце. Нет, внешне здесь все было, как и раньше: лабиринты залов и потайных ходов, толпы придворных, вездесущие слуги, постоянные интриги, заговоры и скандалы. Изменения, которые здесь произошли, были не видны невооруженным глазом. Вернее, о них знали только те избранные, которым полагалось о них знать.
