Они приехали с севера, с дарийской границы, и их появление в замке никому не показалось чем-то из ряда вон выходящим. К герцогу периодически наведывались приграничные бароны. Обычно такие визиты были выгодными для всех: с одной стороны бароны решали свои проблемы, а с другой стороны, они приносили важные сведения. Это помогало герцогу контролировать ситуацию на границе (осведомители осведомителями, но и мнение местных жителей важно было учитывать). Поэтому очередной неожиданный визит нисколько не удивил обитателей замка (на этот случай всегда держали несколько комнат для гостей свободными).
Гостей было трое: барон и двое его сыновей, плюс с ними еще шесть человек охраны (барон, судя по всему, был беден, и не мог себе позволить ослабление своего немногочисленного гарнизона, беря с собой большое количество охранников). Эти охранники и привлекли внимание Джая прежде всего. На первый взгляд, в них не было ничего примечательного – самые обыкновенные солдаты, хорошо обученные (живя на границе, нужно было держать хороший гарнизон, а не слишком старательные или скупые бароны быстро расплачивались своими землями, а зачастую и жизнями). Но самыми обыкновенными они были только на первый взгляд.
Хотя, Джай должен был признать, что только благодаря урокам мастера Риама для него становились очевидными вещи, которые не замечали все остальные.
Например, вряд ли кто-то обратил внимание на неуловимую схожесть всех шестерых. Нет, внешне они были совершенно разными, отличаясь по возрасту, росту, телосложению. Они были по-разному одеты и вооружены. Но для Джая они были одинаковыми, как близнецы, словно эти люди не имели никакой индивидуальности или отличительных черт. Это проявлялось во всем: в осанке, повороте головы, даже в том, как их руки сжимали поводья. Мало того, все шестеро действовали так слаженно, как будто читали мысли друг друга. Но ни слуги, ни солдаты, встречавшие гостей, не замечали этого.
Кто обратит внимание на то, что один из приехавших охранников раньше всех соскочил с лошади и тут же повернулся, чтобы принять поводья у своих товарищей? Или на то, что не менее трех из них все время находились не далее, чем в двух шагах от барона и его сыновей (даже когда те уже въехали на территорию замка), но они делали это так, что их перемещения казались совершенно случайными. При этом они даже не смотрели друг на друга. Действия этих людей были не просто распределены, они были затвержены до автоматизма. Ведь даже не смотря на все их старания, казаться кем-то другим, выработанные годами привычки все равно проявлялись. И уже поэтому, эти люди не могли быть солдатами приграничного барона, они вообще не могли быть солдатами.
Заметив эти несоответствия, Джай продолжил наблюдение.
Барона и его сыновей поселили в замке, зато их охрану – в казарме, как и полагалось солдатам. Так что очередная вечерняя тренировка с мастером Гаем оказалась очень кстати (тренировочная площадка находилась рядом с казармами). Правда, в этот раз старый мечник был очень недоволен невнимательностью своего ученика. Хотя Джай ни разу не сбился с рисунка, учитель был абсолютно уверен, что тот думает о чем угодно, только не о тренировке. И он был прав.
Сейчас Джая интересовали вовсе не "всполохи", которые он отрабатывал два последних дня. Гораздо больше его занимали приехавшие незнакомцы. Они не делали ничего необычного, один из охранников чинил свой плащ, другой точил кинжал, остальные о чем-то разговаривали со стражниками. Но Джаю хватило одного взгляда на то, как они рассредоточились по двору, изучая обстановку, чтобы еще раз убедиться в своих подозрениях.
Делиться своими наблюдениями с герцогом или с кем-то другим Джай пока не спешил. Его догадки нуждались в доказательствах, а их не хватало. Незнакомцы виртуозно исполняли свои роли.
Вдоволь насмотревшись на "солдат", Джай решил вплотную заняться остальными гостями. Это был один из тех немногих дней, когда он с нетерпением ждал семейного ужина, ведь гости должны были на нем присутствовать.
Сам барон показался Джаю не слишком подозрительным (или он играл свою роль лучше других). В его внешности не было ничего примечательного: невысокий, плотного телосложения. Лицо самое обыкновенное для имперского уроженца: широкие скулы, тяжелый подбородок. Общую картину дополняли шапка коротко остриженных каштановых волос, изрядно побитых сединой, и не новый, но добротный камзол. В общем, он выглядел, ходил и говорил так, как и полагалось приграничному барону, и единственное, что говорило против него, это то, что он оказался в компании всех остальных.
