Меланию настолько сильно передернуло от отвращения, что она внезапно выдохнула, почти выплюнув:
— Это ложь.
Она сама не знала, что на нее нашло. Как если бы испытанный ужас совершенно лишил ее здравости рассудка. Казалось, она уже плохо понимала, где находится и с кем разговаривает.
Реджинальд мог убить ее за долю секунды, так что она даже не успела бы этого заметить…
— Что, прости? — Его брови взлетели вверх, как две удивленные птицы. А на светлом, почти мальчишеском лице отразилось такое наивное изумление, что Мелания едва не решила, что ей вообще все происходящее почудилось. А на самом деле рядом с ней стоит самый чистый, добрый и наивный юноша в мире.
— Вы собирались меня убить, — сказала некромантка твердо, выплескивая все нервное напряжение, от которого ее трясло последние полчаса. — Вы сказали, что, к несчастью, мне не довелось попасть в число тех, кто оказался здесь по своей воле. Я — жертва. И значит, никто уже никогда не узнает, что я тут вообще была.
Лицо Элиаса после этих слов превратилось в каменную маску.
— Вот, значит, как, — проговорил он медленно.
Краем глаза Мелания заметила, как Амадея вжалась в кресло, а безымянные вампиры, что сидели вокруг них, вдруг стали вспыхивать черными облаками Тьмы и под хлопанье крыльев летучих мышей просто исчезали из зала.
Буквально через пару мгновений они остались в помещении всего лишь впятером. Четыре древних вампира и человеческая девушка.
— Мы еще вернемся к этому вопросу, а сейчас я ее забираю, — проговорил Элиас, будто через силу цедя слова сквозь плотно сжатые зубы.
По едва он успел взять ладонь некромантки, как Реджинальд положил ему руку на плечо.
— Ты не можешь остановить аукцион, — мягко проговорил он, чуть прищурившись. — Раз она знает о нас, ты обязан либо купить ее, либо позволить это сделать остальным. Таков закон, Fjerten Valde.
Все происходило настолько быстро, что обычные человеческие глаза просто не успевали понять, что происходит.
— Ты будешь говорить мне о законе после того, что собирался совершить? — раздался страшный рык, лишь отдаленно напоминающий голос Элиаса.
А дальше он сделал какое-то молниеносное движение, во время которого некромантку будто сдуло порывом ветра на пару метров в сторону, и тут же фигуры двух древних вампиров словно размыло в пространстве. Раздался грохот, и уже на другом конце зала от стены откололась каменная крошка. Именно туда врезался Реджинальд после того, как Элиас схватил его за шею и сжал, отбросив вперед, а облака пыли рассеялись, дав некромантке возможность увидеть это.
— Убери от меня руки, — стиснув зубы, прошипел Крик, — или клянусь — я тебе их оторву.
В следующий миг Тьма в помещении начала сгущаться с такой стремительностью и силой, какой Мелания не видела никогда в своей жизни. Притом, что много лет она в силу своего странного приработка была вынуждена призывать темную магию сама и наблюдать, как управляет ею самая разная по мощи нежить. Но такого, как сейчас, она не могла даже вообразить.
Мгновенно мрак забил ей глаза и уши, заполнил легкие, заставляя кашлять, царапая горло от невозможности нормально вздохнуть.
Некромантка попыталась окружить себя щитом Тьмы, чтобы он не позволил проникнуть чужеродным заклятиям к ее телу, но так тяжело колдовать ей еще никогда не приходилось. Сумеречная материя, витающая в воздухе, будто противилась каждому ее движению.
Мелания передернула плечами, впервые в жизни радуясь, что не имела привычки использовать Тьму внешнего мира, лишь свою собственную.
Сложив пальцы в ускоряющем символе, некромантка резко выдохнула силу, которая наполняла ее анарель.
В тот же миг с кончиков пальцев сорвалось плотное облако магии, мгновенно окутавшее девушку защитным коконом.
Дышать стало значительно легче! Некромантка встряхнулась, сбрасывая с себя оцепенение, и снова смогла слышать и видеть.
На другом конце зала все было разрушено. Однако Элиас больше не дрался с Криком. На лице последнего вздулись вены: начинаясь от шеи, темно-синими полосами они шли вверх и почти достигали глаз.
Элиас при этом выглядел злым, но спокойным, молча поправляя измятые манжеты рубашки.
Амадея стояла между ними, выставив руки в разные стороны, мешая мужчинам приблизиться друг к другу. Анджей сидел в кресле и выглядел так невозмутимо, словно все происходящее его вообще не касалось. Выходило так, будто они с Амадеей не собирались вступать в конфликт.
— Не стоит ругаться, мы же взрослые люди, неужели мы не сможем найти общий язык? — наигранно весело проговорила вампирша. — Элиас, выкупи уже свою девчонку, и аукцион будет закрыт. Вот и все!
Мелания смотрела на широкую спину своего вампира и не понимала, почему у нее так сжимается сердце. Словно она… боялась. Но в этот раз вовсе не за себя.
Затем она заметила огромную каверну в центре зала, прямо между собой и остальными вампирами. В глубину провала спиралью опускалась темная магия, словно всасываясь в землю.
Некромантка вдруг поняла, что большая часть Тьмы, что участвовала в заклятиях древних, уходила прочь из помещения через эту воронку.
