Сыновья Дьявола полностью

Джексон бросает на Дэниела одновременно задиристый и полный неприкрытого счастья взгляд, а затем грозит нам пальцем, будто желая показать: «Я же вам говорил!»

– Второй – это Том Райли.

Упомянутый кандидат издает победный крик, услышав который мы с Лолой испытываем чувства, далекие от альтруизма. Остается только одно место, и Дэниел начинает заметно волноваться.

– Последнее место достается Дэниелу Уэсту.

Мы кричим с удвоенной силой и прыгаем на месте в честь победителя.

– Всем остальным спасибо, что пришли. Попытайте удачу еще раз в следующем году. Тем, кто прошел отбор, напоминаю, что присутствие на тренировках является обязательным, как и хорошая успеваемость по всем предметам, иначе вы потеряете место в команде. Сезон стартует очень скоро. Первая тренировка состоится завтра в семь часов. И чтобы никаких опозданий! Лентяи на поле нам не нужны!

Сделав еще несколько объявлений, тренер и капитан разрешают игрокам разойтись, после чего покидают поле. Мы с Лолой спускаемся с трибун и выскакиваем на поле, чтобы заключить в объятия друзей. Даже если мы не разделяем их страсть к этому спорту, они настолько счастливы, что это не может не согревать наши сердца. Мы от всей души поздравляем их и провожаем до раздевалки, слушая всю дорогу их ликующие возгласы; затем прощаемся и спешим к себе в комнату, чтобы успеть собраться на вечеринку.

Собрав все необходимое для душа, мы отправляемся в общие душевые и по дороге нос к носу сталкиваемся с Эмили.

– О! Лола, познакомься, это Эмили! Мы с ней вместе занимаемся на физкультуре, у нее тоже частичное освобождение.

Лола – приветливая и, как всегда, верная своим привычкам – мило улыбается нашей новой знакомой, а потом засыпает ее вопросами. Эмили в панике растерянно смотрит на меня, но я подбадривающе ей подмигиваю.

Я удивляюсь, когда узнаю, что она учится на первом курсе на филологии, как и мы с Джеком. Ее родители живут недалеко от университета, однако она предпочла остаться в кампусе, чтобы быть поближе к библиотеке и, таким образом, избежать необходимости постоянно кататься туда и обратно.

Лола предлагает ей поужинать с нами сегодня вечером, но Эмили бросает на меня неуверенный взгляд. Либо она не хочет навязываться, либо не смеет отказаться.

– Нам было бы очень приятно поужинать с тобой, но, если у тебя уже есть какие-то планы, мы поймем, не волнуйся… – заверяю я ее.

– У меня нет никаких планов. Я… э-э-э… я не хочу вас беспокоить.

Лола обнимает ее за плечи и идет к душевым, а я следую за ними по пятам.

– Ты нас ничуть не побеспокоишь, даже не думай, ты, похоже, классная девчонка, Эм. Я могу тебя называть Эм? Так вот, у нас с Авой есть двое друзей, Джексон и Дэниел. Две девушки и два парня – понимаешь, к чему я клоню? У нас численное равенство, и, по правде говоря, это не очень хорошо! Ты нужна нам, чтобы укрепить наши ряды! Girl power и все такое прочее!

На губах «Эм» появляется робкая улыбка, и в конце концов она соглашается составить нам компанию за ужином. Тем не менее кажется, что она испытывает облегчение, когда Лола ныряет в душевую кабину, возбужденная предвкушением ожидающего нас вечера. Мое возбуждение наигранно, однако я не хочу, чтобы она чувствовала себя виноватой. Хотя благодаря рассказам соседки мне и любопытно, все же я не знаю, что может с нами случиться этим вечером, и заранее боюсь худшего.

Рано или поздно ты умоешься слезами, а я буду наслаждаться этим зрелищем.

Снова вернувшись в нашу комнату после похода в душ, я надеваю то короткое платье, которое никогда не осмеливалась носить, и разглядываю свое отражение в зеркале. Это платье я всегда находила слишком красивым: чувственным и вместе с тем представительным. Вызывающим восторг и почтительность. Чтобы его надеть, нужен был особый случай. Такой, например, как этот вечер. В этом платье из атласа цвета морской волны я чувствую свою значимость. Чувствую, что достойна уважения людей самого высокого ранга.

Тоненькие атласные шнурки, завязанные Лолой, крест-накрест пересекают мою обнаженную спину, оставляя на обозрение захватывающий вид на поясницу. Мои ноги в лодочках на высоких каблуках в цвет платья никогда не выглядели настолько длинными.

– Ты великолепна, – шепчет Лола. – Ты сведешь его с ума.

Ее последние слова повисают в воздухе. Я поднимаю глаза на ее отражение в зеркале и замечаю у нее на лице лукавую улыбку.

Но о ком она говорит?.. О, клянусь глазом Одина!

Я оборачиваюсь к ней, широко раскрыв глаза.

– Лола Коллинз! Я ненавижу его, слышишь? Единственное, что я к нему чувствую, – это желание его задушить!

– Это не мешает тебе считать его умопомрачительно красивым!

– Они все умопомрачительно красивы! – говорю я в свое оправдание.

– Но в Кларке к тому же есть еще что-то особенное. И даже не спорь!

Я поворачиваюсь к ней спиной и яростно запихиваю свои вещи в сумочку горчично-желтого цвета.