– Вы предполагали, что он будет зрелым человеком, – согласно кивнул старец. – Что у него будут необходимые знания. К сожалению, в данный момент он не понимает вообще ничего. И не пытается понять. Его интересует только результат. Свою новую жизнь он начал с того, что стремительно принялся восполнять объём своих утраченных специфических навыков.
– О, да! Он просто чудовище – правда?
– Правда, – улыбнулся старец.
«Ах вы, гады!» – возмутился Роман, но в глубине души остался почему-то доволен данным ему определением.
– Ему придётся пройти всё с самого начала?
– Придётся.
– Но у него ведь нет на это времени!
– Если он сделает правильный выбор, время у него будет.
Помолчали. Старец терпеливо ждал, пока Бергер соберётся с мыслями.
– Вы сказали, что я – Ключ.
– Верно.
– Почему я?
– Само Провидение подвело вас к этому решению. Всё сходилось именно на тебе.
– Он мне что-то доверил? – осторожно интересуется Кирилл.
– Он доверил тебе свою душу. Свою силу. И самого себя со всеми потрохами. В самом искреннем порыве и совершенно добровольно.
Чувства, которые захлестнули в этот момент Бергера, было довольно трудно описать. Во-первых, Роман ощутил, как горячая волна радости согрела сердце Кирилла – он был счастлив! Во-вторых, какой-то иррациональный страх – всё у него внутри замерло, как при прыжке в воду – он боялся обрушившейся на него ответственности. И, наконец – ожидание неведомого и ужас от ощущения, почти реального видения, как что-то тёмное, беспощадное и жуткое обступает его со всех сторон, алчно протягивая щупальца к драгоценному кладу, хранителем которого он стал.
– Значит, он ждёт меня? – радостно встрепенулся Кирилл.
– Он ждёт Ключ, – охладил его пыл старец. – Не думаю, что в данный момент он будет рад узнать, что Ключ – это ты.
– Неважно, – улыбается Кирилл. – Главное, что я всё равно смогу ему помочь. Верно?
– Верно, – улыбается в ответ старец. – Пойдём, я провожу тебя туда, где он будет тебя ждать.
Кирилл бодро поднимается, он заметно воодушевлён. Но, когда они выходят из шатра в знойный простор раскалённой долины, он вдруг сникает и спрашивает негромко:
– А если он… не успеет?
– Если он умрёт, вы начнёте всё сначала, – обнимает его старец.
Роман почёл за благо закончить на этом своё путешествие в сознание Бергера и спешно покинул знакомую долину, поскольку не хотел заново переживать свою встречу с Ключом на вершине горы. И ещё меньше хотел знать, о чём думал Бергер, пока ждал его там. Он боялся, что попросту не вынесет того всплеска эмоций, которые захлестнули Бергера при его появлении среди таинственного мерцания задумчивых звёзд.
====== Глава 47. Господин в чёрном ======
– Какая же ты сволочь, Бергер, – потирая пальцами лоб, медленно выговорил Роман. – Ты ведь знал, что если просто расскажешь мне это, твои слова останутся для меня пустым звуком. Поэтому захотел, чтобы я сам всё увидел. Пытаешься мной манипулировать? На что ты рассчитывал? Что я расчувствуюсь и искренне захочу стать белым и пушистым?
Кирилл безо всякого выражения смотрел в пространство перед собой и, похоже, совсем не слушал ядовитых речей Романа. Повисла очень неприятная тишина.
– Может, удостоишь меня ответом? Или хотя бы взглядом…
«Сейчас он встанет и преспокойно удалится», – меланхолично подумал Роман. И точно – Бергер тихо встал и, не глядя на него, направился к выходу. «Интересно, заплачет или нет?».
– Стоять, – будничным тоном сказал Роман. У него почему-то не было сил повышать на Бергера голос. И даже когда Кирилл абсолютно проигнорировал его приказ и как лунатик прошёл мимо него в коридор, он не нашёл в себе сил заорать как обычно и хорошенько встряхнуть за грудки этого своенравного ботаника. Пришлось просто встать и преградить Бергеру путь, прислонившись спиной к входной двери.
– Если хочешь знать, то я помню, что изначально у меня была совсем другая цель. И эта Карта с самого начала казалась мне странной: вроде моя, но что-то не то. Как чудесно всё разъяснилось! Оказывается, это ты влез со своими благодеяниями! И что теперь? Я твой вечный должник?
– Ты ничего мне не должен, – бесцветным голосом ответил Кирилл.
– Отрадно это слышать. Однако должок, как я понимаю, за мной помимо твоего благородного бескорыстия образовался.
– А где твои родители? – неожиданно спросил Бергер.
Роман был настолько сбит с толку неуместностью этого вопроса, что машинально ответил:
– Уехали. На море.
– А ты почему не с ними?
– О-о! Планировалось, конечно, что я тоже поеду. Но я устроил грандиозный скандал с битьём посуды, и меня сочли за благо оставить там, где я хочу. То есть, дома.
– Представляю себе, – грустно усмехнулся Бергер.
– Вряд ли. Ты ещё не испытал на себе и десятой доли моего гнева. И перестань на меня так смотреть.
– Как?
– Как побитый щенок.
Кирилл сделал слабую попытку улыбнуться.
– А можно мне где-нибудь присесть? – жалобно спросил он.
– Разумеется. А что случилось-то? – заволновался Роман.
