- Он даже ездил в экспедиции, что-то раскапывал, лазал по лесам и горам, но поиски его успехом не увенчались. Думаю, в том возрасте Соболевского куда больше привлекала всемирная слава, чем богатство. Если бы ему удалось найти хоть что-то, это было бы значительное событие, о нём бы заговорили. – Я усмехнулась и с легким пренебрежением проговорила: - Тоже мне, Индиана Джонс. Ну, а когда он понял бесперспективность этих поисков, переключился на царскую семью. Ты знаешь о том, что у дочерей Николая и его жены, когда их отправили в Тобольск, в корсеты были вшиты спрятанные драгоценности?
Филатов пожал плечами.
- Возможно, что-то слышал…
- Они не думали, что их убьют, и, отправляясь в ссылку, вшили в свои корсеты жемчуга, бриллианты и изумруды, в надежде продать их при возможности, чтобы как-то устроить свою жизнь в ссылке. Или подкупить кого-нибудь, выехать за границу. Не знаю, на что они надеялись. Но, говорят, что из корсетов женщин царской семьи, было извлечено около восьми килограммов драгоценных камней и украшений. Вот только их, Ваня, не нашли. Они исчезли. По свидетельствам, они были, и даже по бумагам, после обнаружения, их собрали и отправили в столицу, вот только, куда они делись, доподлинно так и неизвестно. Поговаривали, что, скорее всего, большевики разобрали украшения на составные части и продали. Ведь революция – штука дорогая. Но в это мало, кто верит. Да и свидетельства тому уже есть, то одно, то другое украшение, в целости и сохранности, всплывает в коллекциях разных людей. Людей, которые не любят выставлять себя и свою зависимость напоказ. И говорить об этом не принято.
- Откуда ты об этом знаешь? Муж с тобой делился всеми подробностями?
Я вздохнула.
- Поначалу нет. Поначалу Леша тоже воспринимал меня, как молодую и наивную… Я бы даже сказала, невинную девицу, которую надо от всего оберегать. Но потом… - Я смотрела на Филатова. – Я любила мужа. На самом деле любила, Вань. И я готова была принять его любого, понять его мотивы и желания, а когда живешь с человеком, когда живешь его удобством и интересами, поневоле начинаешь слышать, видеть и подмечать все мелочи. Я замечала, чем он интересуется, что он читает, какую информацию изучает. Я становилась свидетелем их с Соболевским разговоров и обсуждений. И поневоле со временем заинтересовалась тем, что они обсуждали и что искали. Ваня, Соболевский помешан на царских драгоценностях. Ни одно ограбление не было случайным. Они всегда точно знали, за чем они шли. Деньги, акции, современные драгоценные безделушки – были лишь отвлекающим маневром и сопутствующим бонусом. Интересовали их всегда царские драгоценности. Как он получал информацию? – Я развела руками. – Этого я не знаю. Но Саша всегда точно знал, что и где искать. Он месяцами просиживал в архивах, закапываясь с головой в бумаги, в генеалогические древа, изучал истории семьи участников событий в доме Ипатьева. Это я знаю доподлинно. И, в итоге, выходил на четкий след.
- Хочешь сказать, что он их не продавал?
Я фыркнула, качнула головой.
- Нет. На продажу шло всё то, что его не интересовало. В историческом аспекте. А царские драгоценности они оставляли себе.
- Они?
- Он и Леша. Я не понимала, этой страсти, тем более, обоюдной. Наверное, эти камни, на самом деле, имели какой-то особый магнетизм. Я считаю, что на них проклятие. На них столько крови, и это продолжает распространяться. Вот уже и Леши нет, а все потому, что их с Соболевским, в какой-то момент, обуяла невероятная жадность. Они стали врагами.
- Ты их видела?
- Драгоценности?
Ваня кивнул. Смотрел на меня очень внимательно. Я же с ответом медлила, затем неохотно кивнула.
- Видела.
- И что?
- Это лишь камни, Ваня. Понимаешь? В них души нет. На них только кровь.
- Сима, на многих драгоценностях чья-то кровь.
- И тебя это не беспокоит? Не беспокоит, что владельцы мрут один за одним?
- А тебя не беспокоит, что сейчас только ты одна знаешь, где они?
- Ты говоришь так, будто я их украла.
- Некоторые считают, что это именно так.
- Саша?
Иван качнул головой.
- Дело не в нем.
- Тогда кто?
- От кого был тот человек? Кто нанял Роберта?
Филатов досадливо поморщился, присел на край стола.
- Того лысого? Не думаю, что его кто-то нанял. Просто пошел слух о том, что ты жива и где именно находишься. И обратились к тому, кто в вашем городе присматривает за многими аспектами жизни.
Я усмехнулась.
- Я думала, времена девяностых давно прошли.
- Глупости. Никогда те времена не пройдут. Всегда будет тот, кого определили следить за порядком.
- А тот человек? Что встречал меня у дома?
- Сима, ты на самом деле не догадываешься?
- Зачем мне догадываться? Я знать хочу.
Филатов дернул плечом.
- Рудаковский.
Я поневоле нахмурилась.
- Он же мертв.
