Мужчины на меня уставились, и я прекрасно знала почему. Сарафан этот, небесно-голубого оттенка, невероятно мне шел. Я выглядела в нем невинной, светлоокой барышней, главное, улыбаться правильно. Смущенно и до бескрайности, до легкой придурковатости, мило. А для пущего эффекта я распустила светлые волосы по плечам, и в таком образе спустилась вниз. Подумывала спуститься босой, но в последний момент решила, что это будет чересчур. Простоту тоже переигрывать не стоит. Поэтому надела сандалии. К тому же, больше у меня ничего не было, кроссовки да одна пара сандалий.
Соболевский первым хмыкнул, даже хохотнул. И заметил:
- Ты прекрасна, Сима.
Я кивнула в ответ на его комплимент.
- Спасибо.
А Филатов глянул на него волком, недовольно поджал губы. После чего протянул ко мне руку, и сказал:
- Мы что-нибудь придумаем.
- Что? – не поняла я.
- Купим тебе платье. Поехали, у меня встреча в центре города.
Спорить я не стала, даже за руку его доверчиво взяла. А Саше помахала рукой.
- Пока. Присмотришь за Гришей?
- Конечно, - развел руками Соболевский. – Для чего еще я здесь? Чтобы посидеть с ребенком. Развлекайтесь.
Филатов молчал долго, мы уже успели сесть в машину, выехать за ворота, а он всё молчал. Я смотрела в окно, потом разгладила подол хлопкового сарафана у себя на коленях, мысленно делая ставки на то, что произошло до моего появления, и насколько Ваня зол на соратника, или кем там Соболевский ему приходится.
Но в какой-то момент я всё же решила осторожно поинтересоваться у него:
- Что-то случилось?
Филатов голову повернул, посмотрел на меня, отчего-то вдруг нахмурился.
- Нет, - поначалу возразил он. Потом помолчал, и затем сказал: - Скажи честно, что у вас с Соболевским за отношения?
- С Сашей? – якобы удивилась я. Осторожно пожала плечами. – Он всегда относился ко мне, как девочке.
- В каком смысле?
- В обычном. У нас с ним большая разница в возрасте. Я для него всегда представлялась неразумным существом, на котором зачем-то женился его друг. Саша не одобрял наш с Лешей брак. То есть, понимал, почему он на мне женится, но не считал это чем-то серьёзным. Я была совсем молоденькой, неискушенной, наивной… А Соболевский был взрослым, умным, образованным мужчиной, который давным-давно выяснил, чего он хочет от жизни.
- Как-то в этом уравнении ты упустила имя своего мужа.
Я в растерянности хлопнула длинными ресницами. Очень надеюсь, что получилось правдоподобно.
- Что?
Филатов глянул на меня и зловеще хмыкнул.
- Ты была молода и наивна, а Соболевский взрослый и продуманный циник. Тянет на аннотацию к любовному роману. В этом уравнении потерялся твой муж.
Я деланно фыркнула.
- Ваня, что за глупости? У меня даже мыслей никогда подобных не возникало. Я и Саша? – Я засмеялась и отвернулась к окну.
А Иван возмущенно поинтересовался:
- Почему ты зовешь его Саша?
- А как мне его звать? – удивилась я. – Это же его имя.
Филатов отвернулся от меня, смотрел на дорогу и крутил руль. Я заметила, как он недовольно пожевал губами, явно что-то обдумывал. После чего пробормотал:
- Ладно, разберемся.
Спорить я не стала, хотя, его желание с чем-то разбираться, меня несколько насторожило. Лишь бы эти разборки не коснулись никоим образом меня.
- Куда мы едем? – спросила я, когда мы въехали в город.
- Платье тебе купим, - сказал мне Иван Олегович. – И туфли. Не в сарафане же в ресторан идти.
Я довольно улыбнулась. В принципе, это то, на что я и рассчитывала. Не в плане того, что мне хотелось обновок. Хотелось понять, насколько предсказуемым для меня может быть Филатов. Пока все складывалось достаточно удачно.
Подходящий наряд для меня купили, и даже не потратили слишком много времени на выбор. Наверное, потому, что это не было моей целью, приобрести что-то интересное и дорогое. Что первое мне понравилось, то я и выбрала. И, честно-честно, на ценник не взглянула. Иван Олегович тоже без всякого интереса к цене покупки, всё оплатил.
- Странно немного, выходить из магазина в приобретенном наряде, да? – спросила я его, когда мы направлялись к машине. На мне было черное платье-футляр, туфли на шпильке и небольшая сумочка в руках, украшенная черными стразами. Кстати, в сумочке моей ничего не было – ни денег, ни кошелька, ни телефона, только новая помада и духи. Но образ без сумочки показался мне незавершенным.
После моего вопроса, Филатов окинул меня долгим взглядом. После чего сказал:
- Ты замечательно выглядишь. В любом виде.
Я шла рядом с ним, он крепко держал меня за руку, а я ничего не могла поделать с дурной, довольной улыбкой. Впрочем, сейчас эта улыбка была, как никогда кстати, поэтому я не старалась её спрятать.
- Тебе нравится платье?
- Больше всего ты мне нравишься без платья, - сказал он и распахнул передо мной дверь автомобиля. Я продолжала молча и таинственно улыбаться.
