Как поется в песне: любовь нечаянно нагрянет. Со мной именно так в первый раз и случилось. Мне едва исполнилось восемнадцать, Леша на десять лет старше. А мне казалось, что он старше меня на несколько десятилетий. Он столько всего знал, столько всего умел, а о еще большем молчал. Чего-чего, а секретов у Леши были полные закрома. Конечно же, никто не торопился мне их открывать.
Ухаживал он за мной красиво, очень настойчиво, но недолго. Поначалу его смутил мой возраст, некоторое время мы держали дистанцию, общались чисто по-дружески. Но, согласитесь, весьма странно дружить практически тридцатилетнему мужчине с юной девочкой. Темы для разговоров у нас всегда находились, Леша встречал меня вечерами, мы гуляли по паркам, по скверам, по набережной. Проводили вечера в милых кафе, и я с каждым днем влюблялась все больше и больше, понимая, что сама ни за что не признаюсь ему в своих чувствах. Мне казалось, что он общается со мной больше от скуки. Разговоры ведет долгие и пространные, но даже за руку меня никогда не возьмет, а ведь я к тому моменту и целовалась-то всего пару раз. И то настоящими поцелуями это назвать было нельзя. А тут взрослый мужчина, я смотрела на него и внутренне млела, задыхалась в его присутствии, горела и плавилась изнутри. Только вида старалась не подавать, боялась показаться глупой и навязчивой. Но, наверное, всё равно выдавала себя с головой, свои чувства и мысли, смущённые взгляды, печальные улыбки. Однажды мы как обычно сидели в кафе, Леша о чем-то мне рассказывал, а потом вдруг замолчал, смотрел на меня несколько долгих секунд, а затем вдруг спросил:
- Что мне с тобой делать?
Не знаю, что на меня нашло в тот момент, но я спокойно встретила его взгляд, пожала плечами и сказала:
- Жениться.
Я хотела, чтобы это прозвучало, как шутка, представляла, как мы вместе засмеемся над этим предложением, но ни один из нас не засмеялся. Леша смотрел и смотрел на меня, очень внимательно. Потом кивнул и сказал всего одно слово:
- Давай.
Это его легкое «давай» моментально перевернуло с ног на голову всю мою жизнь. В тот момент, когда он произнес это слово, в мою жизнь пришло одуряющее, незнакомое мне ощущение бесконечного счастья. Я, восемнадцатилетняя девчонка, каких тысячи вокруг, вдруг оказалась объектом любви человека, которому, как и мне, очень долго не на кого было растрачивать эту самую любовь. Я знала, что некоторые Лешины друзья и знакомые пытались его вразумить, я даже слышала эти разговоры за спиной и из-за прикрытых дверей:
- Лех, она же девчонка совсем, ей восемнадцать есть?
- Есть. И она не девчонка. Она моя жена.
Наверное, наши отношения строились именно на том, что у нас обоих не было других близких людей и родственников. Как говорится, встретились два одиночества, и всё остальное уже не имело значения. Мы заботились друг о друге, любили друг друга, это всё, что имело значение. Леша был сиротой, из всех родственников – двоюродная сестра матери, женщина одинокая, и к ней Алексей наведывался регулярно. И моё появление в жизни племянника Тая приняла спокойно, хотя всё-таки немного удивилась нашей разнице в возрасте. Будь я постарше хотя бы на пару лет, нам бы уже не ставили её в укор, а тут у всех непременно возникала мысль, что Леша берет себе в жены вчерашнюю школьницу. Что ж, по факту так и было, но доказывать серьёзность наших отношений мы быстро устали, и перестали оправдываться.
Мои родители, отец и мачеха, моего будущего мужа не приняли. Отношения у них с самого начала не заладились, не знаю почему, они, на моей памяти, даже поспорить друг с другом не успели. Лишь встретились, друг на друга взглянули, и взаимно невзлюбили. И если Лариса, в принципе, не была против того, что я от них, наконец, съеду, тем более под благовидным предлогом замужества, то отец был категорически против.
- Не выскакивают замуж с бухты-барахты, - выговаривал он мне. – А уж тем более, не женятся. Ты этого типа знать не знаешь.
- Папа, он не тип, - пыталась я донести до отца, не желая вступать в открытый конфликт. – И мы друг друга любим.
- Любит она его… Жила себе спокойно, и вдруг любовь приключилась!
Я пожимала плечами.
- Я слышала, что такое бывает.
- Я против, - категорично заявлял он. – Ноги моей на этой свадьбе не будет. А ты дура, раз считаешь, что взрослый мужик может в малолетку взять и влюбиться! И жениться на ней через пару месяцев. Потом приползешь ко мне, скажешь, что я прав был, а мне что делать?
- Не приползу, - пообещала я. – И замуж я выйду.
- Посмотрим, - как мне показалось, зловеще проговорил отец.
