– Вивьен. – Тон Эйсто затихает. Низкая хрипотца в голосе ласкает слух. Люблю, когда он так серьезно и трепетно произносит мое имя, будто вкладывает в одно слово целый мир.
Но я не даю ему даже начать говорить. Теперь моя очередь.
– Я люблю тебя, Эйсто, – произношу одними губами. Зрачки Эйсто расширяются. Руки зависают над разделочной доской. – И не переставала любить ни на день.
– Какие же мы с тобой идиоты, – замерев, шепчет он.
– Самые настоящие кретины, – тихо соглашаюсь я. – Мне столько всего нужно тебе рассказать…
– Мы обязательно поговорим, Вивьен. – Он тянет руку через стол и накрывает мою кисть своей ладонью. – Обязательно. Но сначала я хочу разобраться со Стеллой. Я должен объясниться с ней, чтобы расставить все точки. – Он сжимает мою ладонь и не прерывает зрительный контакт.
– Понимаю, – слабо киваю я. При упоминании имени Стеллы сердце непроизвольно съеживается.
– Я знаю, что не имею права у тебя просить, но позволь мне сделать это не здесь. Не при всех. – Эйсто волнуется и тщательно подбирает слова, чтобы не причинять мне боль. – Разговор предстоит не из легких и… Я бы хотел закончить все достойно. Без скандалов на публике. Без лишних свидетелей. Поэтому прошу тебя дать мне еще совсем немного времени.
– Понимаю… – повторяюсь я и прикусываю нижнюю губу.
Я действительно все понимаю. Я ведь не глупая и не эгоистичная, чтобы требовать от Эйсто воссоединения прямо здесь и сейчас. Мне придется еще немного потерпеть. Совсем чуть-чуть по сравнению с тем, сколько я страдала в одиночестве. Но я уже знаю, что именно это короткое ожидание дастся мне крайне тяжело.
– О боги, как бы я хотел сейчас сорваться и поцеловать тебя, – на выдохе выпаливает Эйсто. – Сжал бы тебя в своих руках. Не терял бы ни секунды. Усадил бы на этот гребаный стол и растерзал бы твои губы.
Он втягивает в себя воздух сквозь стиснутые зубы и впивается пальцами в деревянную крышку стола. Я учащенно сглатываю слюну и облизываю пересохшие губы.
– Что еще? – Не узнаю свой голос. Он сел и почти не слышен.
– Запустил бы руку под твою рубашку… – В глазах Эйсто вспыхивают искры. – Добрался бы до твоей груди. Ласкал бы ее, покусывая твою шею. Ты ведь любишь, когда я целую твою шею, правда, Вивьен?
Боги… Я едва стою. Фантазия разыгралась, и я буквально чувствую все то, что произносит сейчас Эйсто. Голова идет кругом. Я вся горю и переминаюсь с ноги на ногу, ощущая жар между бедер.
Эйсто резко хватает меня за руку и притягивает к себе, чтобы прошептать на ухо:
– А потом я бы смел со стола все лишнее и уложил бы тебя на спину. Сам бы спустился ниже. Стянул бы с тебя эти чертовски сексуальные шорты, развел бы твои ноги шире и целовал бы тебя там так глубоко, что твои стоны срывались бы на крик.
Я чувствую, как почва уходит из-под ног, и вцепляюсь в плечо Эйсто, чтобы устоять. Мои коленки подкашиваются, но я ищу опору и хватаюсь за последние крупицы здравого смысла, чтобы прямо сейчас не наброситься на Эйсто.
– Ну и как, по-твоему, я должна теперь сдерживаться? – Я едва нахожу в себе силы, чтобы отстраниться от Эйсто и упереться обеими руками и задом в стол.
Теперь просто невыносимо ждать. Нас тянет друг к другу. И после озвученных слов терпение вот-вот лопнет.
– Прости, – вздыхает Эйсто. – Я не должен был. Извини меня.
Я запрокидываю голову к небу и делаю глубокий вдох. Еще один и еще. Но сердце по-прежнему колотится как сумасшедшее, а в трусиках так горячо, что можно опалить руки, если бы Эйсто вздумал сейчас притронуться ко мне.
– Все в порядке, – лгу я.
– Мне тоже тяжело, Вивьен. – Эйсто становится рядом со мной и также упирается руками в стол за своей спиной. – Как только ты села в машину, и я поймал твой взгляд, я уже тогда понял, что этот уикенд либо убьет меня, либо сделает самым счастливым.
Я поворачиваю голову к Эйсто и изучаю его профиль. По сути, меня уже ничто не держит. У меня нет ни совести, ни принципов, когда дело касается Эйсто. Я могу окончательно дернуть свой стоп-кран. Но… У Эйсто есть мораль и желание сохранить достоинство. И он имеет на это полное право. Раз он хочет закончить все достойно, я должна уважать его решение. Я смогу перетерпеть ради будущих