Ну а что пермский эксперимент вызвал «ожидание чуда» и вокруг него вот уже сколько лет поддерживается напряженный пиар – это, увы, доказывает лишь одно: массовое сознание сейчас мифологизировано не меньше, чем во времена «мичуринской биологии»…
А что там было сказано выше о гибридах с шакалом? Да, есть такие. Шалайка (шакалолайка), она же собака Сулимова, по имени выведшего эту породу кинолога. Уже существовала на момент первой версии этого текста, в 2012 г. написанного как статья, но официально была признана лишь шесть лет спустя. Считается, что в шалайке 25% крови среднеазиатского шакала (первое поколение, полукровки, были чрезвычайно чутьисты, но, как и следовало ожидать, плохо взаимодействовали с человеком) и 75% – ненецкой лайки (порода пастушеская, оленегонная: почти не охотничья и совсем не ездовая), на самом деле доля собачьих генов еще больше, потому что их слегка «доливали» за счет фокстерьеров. Замечательный рабочий пес: не боец (что в нынешних условиях и не очень нужно), но нюхач. Отличный помощник человека в поисковой, полицейской и даже военной службе (нюх шалаек приходится очень кстати при контртеррористической работе и, наверно, даже при вынюхивании мин в военно-полевых условиях он бы пригодился… но таких сведений нет). Тем не менее широко используемая формулировка «Собаки Сулимова сохраняют работоспособность при температурах от −70 °C до +50 °C, переняв эти полярные качества от, соответственно, ненецких лаек и шакалов» выглядит элементом рекламной раскрутки: не похоже, что шалайка сумеет в полную силу работать там, где комфортно чувствует себя ненецкая лайка, зато очень похоже, что ей придется совсем тяжко там, где комфортно шакалу. Так или иначе, в условиях предельных температур рабочие качества шалайки просто не проверялись: почти все обученные представители породы, еще крайне малочисленной, проходят службу в аэропорту Шереметьево, причем главным образом во внутренних помещениях.
Обеспечивают ли унаследованные от шакалов гены решительный прорыв, позволяющий вывести работу нюхача на новый уровень? Ну… Статистика, при столь малой численности шалаек (на сей момент их едва более сотни – всех, а не только рабочих), тоже не слишком показательна, но, если честно, оснований утверждать такое нет: все-таки совсем уж рекордные достижения по-прежнему связываются с нюхачами традиционных пород. И вряд ли случайно, что создатель шалаек выдающийся кинолог К. Т. Сулимов (1931—2021) даже после оформления этой гибридной породы продолжал работу с собаками шпицеобразных групп…
Мы отвлеклись. Вернемся в те самые времена, когда путь для автоколонны приходится намечать на собачьей упряжке.
У этого санного пути свои особенности. В рыхлом таежном глубокоснежье северные олени все-таки проходят, но собаки «тонут» до ушей. А вот на плотном горном снегу или в открытой тундре собачья упряжка превосходит оленью. Равно как и на морском или озерном льду. Максимальная скорость оленя заметно выше собачьей, но если говорить не о прямой гонке, то в целом собачья упряжка быстрей и грузоподъемней. По крайней мере, на «малой дистанции», что в северных условиях означает не сто метров, даже не сто километров, а… этак три недели. На б
Собак как рабочую силу кардинальным образом улучшить не удавалось, но вот традиционные системы запряжки поддавались усовершенствованию. И как раз в промежутке 1934—1939 гг. было предложено несколько новых вариантов, учитывающих мировой опыт. Прежде всего американский: эскимосы и индейцы, не имевшие ездовых оленей, поневоле научились использовать собачьи силы с лучшей производительностью, чем палеоазиаты, а англоязычные «белые братья» привнесли еще ряд ноу-хау, творческой переработав отдельные элементы конской сбруи.
Но кто сказал, что собачьи упряжки применяются только на севере и что запряжены в них должны быть лишь ездовые лайки? Вот как дело обстояло во время Второй мировой: