Тайна Адомаса Брунзы полностью

К о л ь т и с. Она отнимает тебя у нас, Мантас. Пруссы этого не простят…

М а н т а с. Ну что же, пусть я не буду больше вашим вождем. Можете избрать другого.

С а м и л и с (поспешно). Они изберут Кольтиса.

К о л ь т и с (Самилису). Не торопись. (Ко всем.) Я не гожусь в верховные вожди. А ты не можешь уйти, Мантас. Ты объединил все наши племена и вдохновил их на борьбу за свободу! Ты один у нас знаешь военную науку крестоносцев и все их боевые приемы. Кто тебя может заменить? Если бы она приняла нашу веру, мы бы все сделали для нее!

М а н т а с. Она не чтит наших богов. Зачем ее принуждать? Меня в Магдебурге заставили принять христианство, а разве я стал верить христианскому богу? Нет! Христиане только унизили себя в моих глазах. Они унизили и своего бога, силой заставляя ему молиться.

К о л ь т и с. Мантас, Мантас! Ты забываешь о своих богах! А они нас и так покинули. Беды надвигаются на нас со всех сторон. В Погезанию вторглись крестоносцы, сожгли спрятанное зерно. Люди голодают… Появилась чума… Повстанцев становится все меньше! Что будет с нами?

М а н т а с. Ты думаешь, я не вижу человеческого горя, народной беды? Вижу, вижу, Кольтис… Но я знаю: не боги спасут нас.

С а м и л и с. А кто еще может спасти нас, кроме богов? Кто?

М а н т а с. Мы сами — пруссы!

К о л ь т и с. Побойся таких слов, Мантас!.. У нас никогда не было общего вождя. Ты объединил племена, выигрывал сражение за сражением, тебя все знают и любят. Ты — оплот и надежда пруссов. Что же будет, если ты уронишь себя в их глазах? Что будет с нами, Мантас?

М а н т а с. Довольно, Кольтис! Я только человек, а вам нужны боги и герои.

К о л ь т и с. Ты был готов умереть за свободу своего народа. А теперь? За что ты теперь готов отдать свою жизнь?

М а н т а с. Люди бывают готовы умереть и за свое счастье!

К о л ь т и с. У пруссов женщина охраняет домашний очаг, рожает и воспитывает детей. Она во всем помощница своему мужу… Но женщина, из-за которой храбрецы слепнут, герои глохнут, а мудрецы теряют разум, — пусть будет проклята такая женщина, Мантас!

М а н т а с. Слишком многих женщин придется тебе проклясть, Кольтис! (Уходит.)

С а м и л и с. Ну, теперь-то понятно, почему Мантас запрещает приносить пленных крестоносцев в жертву нашим богам?!

З а н а в е с.

Обстановка второго действия. В и т и н г и  пируют. Ч е л о в е к, одетый в медвежью шкуру, гоняется за девушками, которые с криком разбегаются в разные стороны. Р а г у н а с, выручая  Н о м е д у, бросается на медведя, валит его на пол и срывает с него маску.

1 - й  в и т и н г. Ты ловко повалил медведя, вали так и крестоносцев.

Р а г у н а с. Мало мы свалили их у Айстморя? У Караляучюса мы положим их всех, сколько бы их там ни было.

Запевает, остальные подхватывают.

Р а г у н а с. Номеда! Налей мне меду!

Н о м е д а. Сейчас, Рагунас!

К о л ь т и с. Рагунас! Я вижу, что тебе придется принести с охоты настоящего медведя.

Р а г у н а с. Зачем? Я охочусь за другим зверем, Кольтис!

К о л ь т и с. В старину был обычай, Рагунас, — молодой витинг перед свадьбой должен подарить невесте медвежью шкуру с убитого им самим зверя.

1 - й  в и т и н г. Рагунас, придется тебе всю ее палатку выстелить медвежьими шкурами.

Р а г у н а с. Номеда, ты примешь от меня медвежью шкуру?

Н о м е д а. Нет. Поймай мне живого оленя.

В и т и н г и:

— Э!.. Оленя?..

— Живого оленя?

— Чего попросила!..

2 - й  в и т и н г. Оленя, Рагунас, тебе не поймать. Номеда, девка красивая, но хитрая. Хочет узнать, рискнешь ли ты для нее головой.

Р а г у н а с. А вот посмотрим! Оленя я изловлю!

3 - й  в и т и н г. Олень — король наших лесов. Он свободен, как ветер. Он несет небо пруссов на своих ветвистых рогах. Его не поймать!

Р а г у н а с. Номеда! Слышат боги, я поймаю тебе оленя! (Поет, обращаясь к витингам.)