Андрей опешил. Он и не успел заметить, как ушел на повороте молодой батюшка. Кажется, теперь он должен был каяться в том, в чем совершенно не собирался.
— Ты… Вы меня не так поняли, — окончательно разволновался Андрей, оговариваясь по старой привычке обращаться к окружающим. — Я хотел сказать…
Слова пошли чередой. Андрею показалось, что он даже вспотел, раскладывая историю с Ладой по полочкам.
— Вот видите: Вы говорите о том, что любви у Вас не было. Вместе с тем, настоящие чувства требуют постоянной работы, — развел руками священник. — Если не работать над собой, не получится ничего создать. Здесь нужно терпение и смирение…
— Но ведь и так не получится, если любви изначально не было! — горячо откликнулся Андрей.
— Иногда так проще всего объяснить разлад. Если не хочется работать над…
— Дело не в разладе! — Андрей устал, что его перебивают. Силясь прорваться через высказанные штампы и еще не успев пожалеть, что он не пошел к соседней стенке, где терпеливо отпускал грехи другой священник, он стал тараторить так, чтобы его никто не мог остановить. — Разлада-то никакого и не было, понимаете?.. С ее стороны не было любви, с моей… Я не знаю, как это сказать. Если как на небе, как по совести, все мы любим друг друга, а если как с женщиной здесь, — он хотел добавить «на Земле», но вовремя обогнул этот вираж, — то это совсем другое дело. Там есть любовь ангельская, здесь есть человеческая, то есть и она как ангельская, но человек — венец творения, чтобы творить себя в паре…
Андрей и не заметил, что на следующем зигзаге свернул с проторенной дороги исповеди и с размаху покатился в бурелом теологических рассуждений.
— Но мы же не можем сравнивать горний мир с миром человеческим!.. — теряя терпение, забил кол в ледяную насыпь священник. Он, как и Андрей, решил во что бы то ни стало выйти победителем.
— Почему? — Андрей со всей искренностью изумился. Священник только что сказал это пока единственному человеку на Земле, который сравнивать мог и, более того, был должен. Увы или к счастью обоюдному, тот этого знать не мог.
Оба так отпали друг от друга, что один даже не успел заметить, как назвал весьма несовременное и не всем понятное название небесного мира, а другой сам не понял, как его понял. Им сейчас было не до того!..
— Потому что там все совсем по-другому… — со всем тщанием начал наставлять священник молодого верующего.
— Да, я согласен, — закивал Андрей. — Но…
И опять это упрямое «но». Нет, сегодня тем, кто сзади, не суждено будет получить отпущение грехов. Священник покосился на толпу жаждущих исповеди воскресных прихожан и с внутренним вздохом понял, что пора сворачивать дискуссию. Не для споров он тут поставлен в конце концов. Для споров есть и другие места… Ну, писательское поприще, например… Или…
— В вышнем мире, — священник пришел в себя и не стал повторять странного слова «горний», — все совсем по-другому. Там нет мужчин и женщин, там нет ничего…
Он хотел добавить к «ничего» еще слово, но…
Андрей чуть не упал. Только что он услышал своими ушами, что его нет. Вернее, что он был все это время чем-то рода среднего. И что ему виделись в бреду Михаил и Агнесс. А также, что этого ничего, в сущности, не было. Жил и не знал об этом.
— Как нет?! — пораженному возгласу не было берегов.
Священнику показалось, что на них обернулись все рядом стоящие, включая старшего товарища по исповеди — батюшку.
— Нет ничего похожего на наш мир, — проговорил священник, невольно понижая голос, чтобы больше не привлекать к себе лишнего внимания. — Если Вы хотите, Вы можете почитать литературу про бесплотные силы, в нашем храме ее, кстати, много, слава Богу…
Священник успел подумать, было ли последнее упоминанием имени Господа всуе?.. Он решил свести все споры на нет. Что было делать, если не вся современная молодежь понимала все тонкости религии?
— Подождите минуту, — Андрей молчать не собирался. И незнающим он не выглядел. — Я не понимаю, почему на небе нет мужчин и женщин?.. А как же небесные легионеры? Или сестры милосердия? — это были первые, кто пришел ему в голову. — Конечно, первые все поболее мужчины, а вторые сплошь женщины, но… Есть ведь архангелы, и Рафаил во главе сестер милосердия, например. А Михаил? Да они же все даже у вас на иконах изображены мужчинами. А помощница архангела Михаила, например…
— Кто, извините?..
Теперь пришел черёд священника падать. На всякий случай он положил руку рядом с Евангелием, не для опоры, но для уверенности. После первого ужаса все постепенно становилось ясным…
— Агнесс — помощница архистратига. Они уже тысячи лет воюют вместе против демонов. От нее давно трепещут все адские силы не меньше чем от самого архангела, и, между прочим…
Андрею пришло в голову сказать еще про жену сатаны, но он сдержался, дабы не навлекать на себя имя Самуила в церкви.
— Та-ак… И откуда у Вас такие… сведения?.. — по изменившемуся тону священника стало очевидно, что ему многое теперь понятно. Но Андрею это было неясно.
— Какие сведения? — не понял он.
— Ну, о бесплотных силах?..
— У меня?..
