Но боль гораздо лучше, чем холод и смерть. Он прошел примерно квартал, когда путь к площади перед основание цитадели ему преградил одержимый в драном коричневом балахоне с длинными слипшимися космами на лице. Глаз не видать, но казалось, замерший на пути безумец внимательно разглядывает чужака.
Рик сделал пару шагов и резко бросил:
— Отойди.
Никакой реакции. Безумец не шелохнулся. При этом из домов и переуклков на улицу высыпали еще несколько одержимых. Они также замерли поблизости, таращась на Рика, словно увидели нечто удивительное и необычное.
— Чего вам нужно?
В ответ тишина. Рик помрачнел и попер на косматого, который не думал отходить. Тогда Рик замахнулся прутом, собираясь раскроить безумцу череп, но тот вдруг сказал:
— Ключ на старт.
— Что? — Рик так и замер с отведенным для удара прутом. — Что ты сказал?
— Программа «Уран», — раздалось сбоку.
Рик повернулся на голос.
— Всем пассажирам занять свои места, — прозвучало с другой стороны.
И полилось отовсюду:
— Закрепите подвижные предметы…
— Оденьте кислородные маски…
— Начинается отсчет.
— Десять, девять. Три в квадрате равняется девяти.
— Восемь, семь. Дважды два равняется четырем.
— Вес настолько тесно привязан к веществу элементов, что, превращаясь из одного в другой, они всегда сохраняют тот же самый вес.
— Пусть требуется найти модуль магнитной индукции в центре очень тонкой катушки с числом витков…
— Масса вещества, выделившегося на электроде, прямо пропорциональна электрическому заряду, прошедшему через электролит…
— Сумма квадратов длин катетов равна квадрату длины гипотенузы…
Одержимые загалдели наперебой о генетических кодах, криокамерах, программе колонизации, постоянно упоминая планету Терра Нова, они сообщали физические константы и обрывки формул, сыпали числами необходимых запасов топлива и ресурсов жизнеобеспечения. Рик зажмурился, не веря в происходящее. Он бы так и стоял, ожидая, пока безумцы умолкнут, но громкий хлопок тяжелого армейского бласта прервал их безудержный поток голосов.
Рик открыл глаза в момент, когда косматый валился навзничь, зарядом бласта ему снесло полчерепа.
Одержимые одновременно повернулись к Рику спиной и словно по чьей-то неслышной команде зарычали и бросились на солдат, показавшихся на улице, став в один миг дикими, разом оголодавшими животными.
Пришлось спешно убираться в сторону, чтобы не угодить под случайный заряд бластера. Рик доковылял до стены дома, сунулся было в дверной проем, но замер на входе, наблюдая, как оттуда выползает окровавленная женщина. Она при этом тянула к нему руку и четко проговаривала:
— Король наш Карл, великий император, провел семь лет в стране испанской…
Женщина была одета в зеленоватый комбинезон кластера фордов, и тут Рик узнал в заляпанном кровью лице Оливию. Она все ползла к нему и тянула руку. Рик опустился на корточки, коснулся холодных пальцев. В глазах женщины что-то неуловимо изменилось, и она прошептала:
— Порог. Это Порог. Инструкция требует, чтобы…
Достаточно близко хлопнул бласт, Оливия вздрогнула и легла на пол, не сводя с Рика стекленеющего взгляда. Ее губы еще шевелились, когда прозвучал второй выстрел, Рик повернул голову — рядом стоял лендлорд Василевс. Позади него в напряженных позах замерли полтора десятка солдата с бластерами наперевес.
— Ты? — удивленно воскликнул лендлорд.
— Я.
— Почему они тебя не тронули?
— Не знаю…
— Где остальные?
Рик догадался, что на связь отряд во главе с Лючио так и не вышел, и кратко поведал о подъеме на вершину башни, стычке с Гарретом и своем падении.
— Ты думаешь я поверю? — заявил Василевс.
— Возможно. Я же еще жив и нужен тебе.
— Верно. — Василевс кивнул, подозвал солдата с повязкой медика на рукаве и приказал: — Осмотри его. Сделай все, чтобы смог идти.
Рику вкололи какую-то сыворотку и наложили фиксирующую повязку на стопу, ботинок правда пришлось разрезать, чтобы вытащить ногу, но спустя некоторое время боль прошла, он кое-как обулся и распрямился в полный рост.
Василевс удовлетворенно кивнул и махнул солдатам, чтобы двигались через площадь, в сторону башни. Рик пристроился рядом, солдаты взяли их в кольцо. От действия лекарства перед глазами плавали круги, дышалось легко и даже возникла бодрость. Но Рик знал, что это временно, что это наркотический эффект, от которого вскоре станет нехорошо. В затуманенном сознании возник образ угасающей Оливии, ее последние слова. Что они значили?
Рик следовал за Василевсом, некоторое время размышляя, затем произнес:
— Остается подземный сектор. Если он пуст, мы погибли.
Василевс обернулся, вопросительно глянул на него.
— Нам нужно спуститься и обследовать подземные этажи цитадели, — пояснил Рик. — Думаю, там кроется главный секрет.
— Прекрасно, — хищно улыбнулся Василевс. — Пусть будет так.
— Ты не боишься одержимости?
— А ты? Разве ты боишься?
Рик лишь усмехнулся в ответ и отрицательно качнул головой.
— Вот видишь. Главное — верить в себя. Да, а что они бормотали тебе?
— Формулы, — Рик не смотрел на Василевса, отвечал машинально, занятый мыслями. — И стихи.
— Что? Стихи. Но почему?
