В гостиной я рассеянно огляделась, но наконец — во все стороны. Ведь накануне была слишком увлечена рассказами Ирвина, чтобы отвлекаться на обстановку.
Вся мебель на высоких ножках и без спинок. Кажется, лестница — единственное напоминание о том, что это дом Бескрылого. Очевидно, Ирри постаралась убрать ненужное с глаз долой. И я сейчас её понимала. В своей мансарде, где всё пропитано Ником, я бы без него сошла с ума…
Я добрела до пушистого ковра у дерева, рухнула на него и прислонилась спиной к стволу.
Ох, что же Ирри сразу не сказала, что сюда мне и надо?! Кора была бархатистой и тёплой, из неё прямо в позвоночник проникал спасительный покой.
Вот зачем стигини строят дома вокруг платанов — они дают силы. Умиротворение и отдых. Надо только пережить сегодняшний день, дождаться новостей от Деллы. А потом в семейный дом — там тоже наверняка есть платан. Если и нет внутри — найду неподалёку.
Почти сразу пришла Ирри. С прикрытыми веками… смешная и трогательная. Витает в своих видениях прямо на ходу! Она посмотрела на меня, но ничего не сказала. Спасибо, милая! Я правда не могу. И точно разревусь.
Тётя глядела на меня с минуту, а потом… исчезла. Лишь лёгкий ветерок на мгновение дунул, заставив непроизвольно моргнуть. Совсем как, бывало, Ник, но прямо на глазах, безо всякой искажающей завесы! На кучке бордового шёлка остался красивый чёрный филин в жёлтых пестринках.
Сова перепорхнула на моё плечо, нежно ткнулась куда-то за ухо, потянула клювом прядь волос. Затем сразу улетела наверх, где от ствола начинали расходиться ветви.
Я подняла голову:
— Нет, не уходи! Вот так вот… здорово! Побудь немножко прямо со мной, если тебе не трудно. Пару минут!
Ирри вернулась, но больше особенно ласкаться не стала. Кажется не только поняла, что не могу сейчас говорить и спорить, но и почувствовала, что боюсь заплакать. Она просто прислонилась к моей голове и замерла.
Я чуть подалась к филину и втянула воздух. Пахла она волшебно! Ветром, первобытной природой, своим кофе, какими-то цветами и главным — совушкой. Чем-то, что я не могла объяснить, но всегда улавливала.
Но не так же, как Ник и намного слабее, чем он. Как и Трисса с Деллой. А она — филин. Значит дело в чём-то еще, не в конкретном виде совы. Иначе пахала бы более похоже на него, чем сипухи.
Так мы и сидели до возвращения Деллы, не знаю сколько. Пару часов наверное, а не пару минут.
Вбежав в гостиную, кузина тоже прыгнула на ковёр и плюхнулась на колени. Даже я поморщилась — ну чего же она так не бережёт крылья?
Ирри тут же слетела с моего плеча в сторону своей одежды, обернулась, ничуть не смущаясь наготы, влезла в шаровары и накинула хитро запахивающееся платье парой ловких движений рук. На секунду у меня перехватило дыхание от красоты её изумительного тела, обрамлённого тёмными крыльями.
Хорошо, что я могу замечать такие вещи. Явно немножко пришла в себя, благодаря Ирри и платану.
Делла поглядела на меня строго и прозвенела:
— Я, конечно, объяснила всем как ты и просила, птенчик. Но ты не права! Надо было хотя бы подождать. Проветрила бы мозги по дороге сюда, поохала бы с мамулей под деревом, и назад. Ведь тебе полегчало, может ещё передумаешь? На обратном пути оставшуюся дурь пустим по ветру, можем в скалы завернуть или в платановую рощу…
— Я не передумала. Действительно успокоилась, но уверенности только прибавилось.
— А что ты объяснила всем, Делла? — Ирри с тревогой переводила взгляд с меня на дочь.
— Что Лия рада благополучному возвращению Ника и теперь ничего не держит её наверху. Передаёт привет и удаляется в дом Финеса, а новости узнает от меня, чтобы никого больше не обременять и не беспокоить.
Ирри взвилась:
— Да что же ты творишь, родная?! Ты же его любишь, а он теперь станет тебя за милю облетать! Думаешь, Никки не поймёт, что это от него ты сбежала? Не догадается, что не хочешь теперь общаться?
— Я ей тоже говорила, — вставила Делла.
— Он даже поздороваться при встрече теперь будет смущаться, зная, что ты его специально избегаешь! — предрекла провидица.
— Пусть. Так и надо. У Доминика своя жизнь, он и так потратил порядочный её отрезок на меня.
— А о нём ты подумала? Мальчик голову сломает, почему ты стала внезапно холодна! Вы ведь дружили!
— Не сломает. Быстро отвлечётся на привычные дела, которые наверняка в последнее время забросил. И забудет. Тогда и можно потихоньку начинать… обратно дружить.
— Почему ты решаешь за него?! — вмешалась Делла.
— Отставьте меня в покое! Обе! Я не собираюсь, как дура, бегать от него всю жизнь, как ты от Селифа, Ирри! Достаточно обозначить дистанцию с самого начала и снять с него обязанность по привычке опекать меня, как раньше. Он же начнёт меня везде водить за ручку, потому что давний знакомый. Всё показывать, всему учить. Я не переживу! А так… Я в Гленроке. Он… высоко в небе. У меня есть собственный дом, а наверху одно только дело — занятия с Селифом. Полагаю, мы с ним со временем об уроках договоримся.
