По сумеречной тропе Дженна бежала так, как никогда раньше. Она неслась сломя голову. Она спотыкалась и падала, разбивая колени о камни. Оказавшись в лесу, девушка неловко вылетела на обычную тропинку и, не теряя драгоценного времени, вновь прыгнула в тень. Она бежала сквозь бурелом почти вслепую, не разбирая дороги, доверяясь лишь чутью.
И чутье подвело. Подстегиваемая волнением, Дженна оступилась. Упав с лисьей тропы, она кубарем скатилась в кучу сухих ветвей. Вывороченные с корнями, поломанные и поваленные ветром деревья окружали девушку со всех сторон, преграждая путь. Чтобы вернуться на дорогу, она должна была взять себя в руки и успокоиться. Но запах дыма, витающий в воздухе, усиливал тревогу.
– Прости! – с отчаянием выкрикнула Дженна, подняв глаза к небу. – Прости, что назвала тебя безответственной! – всхлипнула она, давясь слезами. – Прошу, Мать Элема, помоги мне…
Не обращая внимания на колючие сучья, Дженна оперлась на дерево и прикрыла глаза. Девушка заставила себя дышать плавно и медленно. Но на этот раз сердце не желало подчиняться. Его биение было подобно шуму пламени, и с этой силой чародейка никак не могла совладать…
И вдруг Дженна услышала музыку. Поначалу ее звучание напомнило ей мелодию мертвой воды, но то была не она. Прохладная и ровная сила походила на ласковый говор реки, на мягкий шелест дождя в листве и веселый звон ручья. Мелодия успокаивала смятение разума и усмиряла пламя сердца.
Девушка начала тихонечко подпевать ей.
Он не мог их остановить… Он не сумел даже удивиться, ибо уже видел эту битву раньше. Законы жизни и смерти были скомканы и перемешаны. Мертвецы восставали из гробниц, выкапывались из песков засыпанных бурей городов, утопленники расковыривали черную грязь иссохших рек и озер… И им не было числа!
Мужчина зарычал, и тело его объяло пламя. Огненные цветы у его ног раскрылись лепестками-жалами, и багряно-алые волны хлынули во все стороны. Набирая силу, они росли и разбегались по площади в поисках пищи, жадные и необычайно жаркие.
Настигаемые ими люди вспыхивали один за другим, будто пучки соломы. Бандиты плясали, кричали и корчились, а безжалостная стихия обгладывала их плоть. Мертвую ли, живую – огню было все равно. Он плавил кожу, слизывал мясо и грыз кости, превращая все и всех в черный пепел.
Дженна продолжала путь, но отвратительный запах гари явственно ощущался теперь даже на лисьей тропе. Дышать стало тяжело, поэтому девушка вышла на обычную дорогу. Навстречу ей летели птицы и мчались звери. Объятый страхом лес шумел миллионами голосов.
Крики и гомон оглушили Дженну. В этот миг из елей выбежал мужичок с мешком за плечами. Заметив девушку, он крякнул и попятился. Часть его поклажи выпала из рук, но, не обратив на это внимания, мужичок пустился дальше быстрее прежнего.
Поглядев вниз, Дженна обомлела. По земле были рассыпаны кругляшки: крупные и миниатюрные, железные и бронзовые, серебряные и даже золотые, с грубо набитым рисунком и филигранной работы, но объединенные единым мотивом. Кузнечный молот в пламенеющем кругу указывал на то, что монеты принадлежат Зоару…
Девушка опрометью бросилась в ту сторону, откуда появился вор. Вскоре над верхушками деревьев она увидела отсвет пламени. Жар нарастал. Дым разъедал глаза, от запаха гари мутило.
Однако по обе стороны от себя Дженна отчетливо слышала нежный говор воды. Подпевая ей, чародейка вышла на объятую пожаром храмовую площадь. Не колеблясь, она ступила в огонь.
Враги рассыпались пеплом, но гнев не отпустил его душу. Нестерпимая боль жгла грудь, чужая кровь застилала глаза. Весь мир утопал в огне. Мир, который ничто не спасет…
Внезапно среди треска и воя пламени раздались звуки красивой мелодии. Песня была тихой, но уверенной. Она успокаивала, словно колыбельная из детства…
Странник моргнул, как спросонья. И вдруг увидел, что вокруг него поднимаются леса и горы. Больше не было пустыни. Исчез оскверненный храм его богов, растаяли их разбитые лики, стертые имена и искалеченные статуи. И только огонь обгладывал останки человеческих тел.
Взглянув на них, маг ощутил усталость. Солдаты или разбойники, люди этого мира или другого – бесполезные глупые создания, потерявшие уважение к старшим собратьям. Они заслужили смерть! Но…
Он поднял голову. Перед ним стояла Дженна, испуганная и строгая. Раскаленный воздух вздымал ее растрепанные волосы. Алые языки кидались к подолу платья и бессильно опадали. За спиной девушки раскачивались и стонали чернеющие деревья. Закончив пляску с людьми, огонь устремился к лесу.
Дженна смотрела на Сайрона, и широко раскрытые глаза ее застыли, точно лед. Страннику было плевать на лес, на людей, на мир… Но между усталостью и безразличием, будто призрак, поднялось новое чувство… Страх? Маг стиснул зубы.
Ученица увидела то, что скрывал ее учитель. Она поняла, на что способна была его темная душа – душа, лишенная всего, в том числе и жалости. И теперь она уйдет.
